— Это, конечно, очень привлекательно, — с иронией произнес Руиз. — И все же мне кажется, что я немало потеряю.

— Вовсе нет. Ты не представляешь, насколько разнообразным может быть наслаждение.

Взгляд ее устремился в пространство, в глазах загорелись огоньки фанатизма.

— Ты считаешь, что мы достигаем лишь примитивного и грубого наслаждения, совокупляясь с почти незнакомыми людьми. Но наша вера — это нечто большее. Я же знаю, как нас называют непосвященные: «трахунки», не так ли? Пожалуйста, поверь: сила чувств нарастает по мере того, как меняются тела. Каждое прибавляет нечто новое к нашему жизненному опыту. Ты, будучи мужчиной, проникаешь в тело возлюбленной, а потом становишься женщиной, и теперь уже проникают в твою плоть. Снова и снова происходит единение с другими существами, пока ты не испытаешь чувств, к которым мы и стремимся: всепоглощающее единство с миром, великую вселенскую любовь!

Руиза невольно тронули сила и искренность ее чувств.

Однако внезапно настроение Хемерте переменилось. Она агрессивно оскалила прекрасные зубы и резко заговорила:

— Мы заставим тебя пожалеть о своем отказе. На нижнем уровне находится стадион гладиаторов. Там ты тоже будешь жить вечно, но тебе придется ежедневно убивать и погибать самому. Разве не лучше любить и быть любимым?

Руиз промолчал.

— А что, если мы воспользуемся твоей привязанностью к спутникам? Твои друзья будут влачить жалкое существование рабов. Но если ты изменишь решение, мы их отпустим.

Агент пожал плечами:

— Отпустите? Здесь, в Моревейнике? Интересно, как долго выходцам с дикой планеты удастся сохранить свободу, да и жизнь?

Женщина с трудом взяла себя в руки.

— Извини. Гнев — плохой советчик. Мы — цивилизованные люди и никогда не поддадимся мелочной мстительности. И все же невольничий рынок открыт для всех, а самую большую сумму за тебя, безусловно, выложат именно владельцы стадиона гладиаторов.

Руиз не знал, на что решиться. Допустим, он сможет убежать. Шансы на то, что ему удастся выжить и добраться до дома, ничтожно малы. И все равно перспектива навсегда остаться в сексуальном аду не слишком привлекала. К тому же в «Глубоком сердце» он навсегда лишится той потрясающей близости, которая возникла между ним и Низой. Может быть, раз в тысячу лет, слепой случай и сведет их в одной постели. Но вряд ли они к тому времени сохранят нынешнюю плотскую оболочку.

Он вновь попытался убедить неумолимую хозяйку:

— Некоторым людям довелось побывать во многих мирах, пройти по мостовым тысяч городов. И есть другие, которые родились в домах, где прошла жизнь их дедов и прадедов. Разве ты не замечала разницы? Да, первые обладают более гибким сознанием, их жизненный опыт гораздо обширнее. Но и в жизни людей, принадлежащих ко второму типу, есть свои преимущества. Окружающие их существа и предметы приобретают такое значение, которого не дано почувствовать путешественникам. В стабильной ситуации можно гораздо глубже познать самого себя. Ты понимаешь, о чем я говорю? Она улыбнулась:

— Интересная аналогия. Мне кажется, я догадалась, откуда у тебя подобные мысли. Но ведь не всегда человека можно удержать на одном месте, например на хуторе или ферме. И уж во всяком случае, тебя нельзя назвать домоседом. Сколько ты посетил неведомых и странных миров? Хотя кое в чем я могу с тобой согласиться — немногие изначально так крепко привязаны к своему телу, как ты. И это одна из причин, по которой мы так хотим тебя удержать. Мы действительно можем расширить свои знания о жизни. Но по крайней мере приятно слышать, что твои возражения основаны не на слепом страхе.

В голову ему пришла неожиданная идея. Он ощутил холодное омерзение, но подавил его усилием воли и быстро прикинул все возможные последствия.

— Может, удастся договориться?

Женщина нежно обняла его и ласково улыбнулась.

— Надеюсь. Что ты предлагаешь?

Руиз слегка отстранился от прильнувшего к нему тела, но Хемерте, казалось, не придала этому значения.

— Прежде чем я сформулирую свое предложение, мне нужно переговорить с Низой. Это можно устроить?

В глазах женщины появилось настороженное выражение.

— Ты все равно не сможешь убежать. Мы знаем, на что ты способен, поэтому приняли все меры предосторожности.

Он покачал головой:

— Я об этом и не думал.

— И вы не сможете остаться наедине. Мы будем постоянно наблюдать за вами.

— Понимаю.

Дверь в его комнату распахнулась, робот впустил Низу и тут же вышел. Девушка бросилась в его объятия.

— Я подумала, что ты умер, — прошептала она, всем телом прильнув к возлюбленному. — Когда это чудовище дотронулось до тебя, ты отпрянул, а лицо стало чужим и странным. Монстр вывалился из своей тележки и завизжал. Когда эти люди уносили тебя, мне показалось, что ты перестал дышать.

Руиз нежно поглаживал темные волосы возлюбленной, забыв о мониторах наблюдения.

— Со мной все в порядке. А как ты?

— Тоже. Со мной они прекрасно обращались. Конечно, комната не такая роскошная, как у Кореаны, но я не жалуюсь, — улыбнулась Низа.

Мужчина подвел ее к кушетке:

— Сядь. У меня появился план, но я хочу услышать твое мнение.

Девушке явно не приходило в голову, что Руизу может понадобиться ее совет.

— Герои не должны спрашивать у принцесс, как им следует поступить.