– Ах, так это ты? – сказал он тоном искреннего изумления.

– Действительно, я, – как бы извиняясь, подтвердил пленный.

– Тебя-то какой чёрт сюда понёс?

– А тот же чёрт, что и тебя носил…

Потапыч длинно и сложно выругался.

– А теперь куда тебя деть?

– Хоть к чёртовой матери…

– Свой паренёк, – пояснил Потапыч, обращаясь к Валерию Михайловичу.

– Видно, что свой, – ощерился паренёк. – Вот, кажется, ногу свихнул.

– И благодарите Бога, – сказал Валерий Михайлович, – если бы он не стянул вас с обрыва, вас бы подстрелили, как вот этих! – Валерий Михайлович показал рукой на трупы двух пограничников.

– А ведь и правда, – удивился паренёк.

– Свой, – подтвердил ещё раз Потапыч. – И выпито было… А вот звать его… Вот и забыл…

– Петренко, – сказал пленник.

– Ах, да, Петренко, теперь вспомнил… Так куда ж тебя деть-то?

– А хоть к чёртовой матери, – повторил Петренко.

– Несерьёзный адрес, – сказал Потапыч.

– А нельзя ли с вами увязаться? – робким тоном спросил Петренко. – И дезертирства никакого не будет, никто не отвечает. Пропал человек, и конечно. Трупа, дескать, не нашли… Да и кто искать будет?

– Вы, товарищ Петренко, – вмешался Валерий Михайлович, – сначала расскажите, что это за отряд, какое назначение, ну и всё такое.

Петренко, всё ещё сидя на земле, пожал плечами.

– А разве я знаю? Собрали две отборных полуроты. Посадили на четыре самолёта, командовал капитан Кузин. Задание для нашей полуроты было перехватить ваш караван.

– А другая полурота?

– Об этом ничего я не знаю. Спустились на каком-то озере, высадились, которым взводным, тем дан был приказ, а нам только сказано взять живьём, вот и взяли… – Петренко попытался подняться, но со стоном опустился снова на землю.

– Как есть, ногу вывихнул. Вот тебе и приятель…

– Это вы при падении, – утешил его Валерий Михайлович. – Мой вам совет, заберитесь в кусты и ждите. Придут ваши и заберут вас. Взять с собою мы вас не можем. Федя, скорее ловить коней и вьючиться. Вторая полурота может напасть на заимку.

Федя с мужиками помчались ловить коней. Потапыч с хмурым видом обошёл берег и собрал всё оружие убитых пограничников. Валерий Михайлович пытался ещё что-нибудь выудить у Петренко, но тот, видимо, и в самом деле, ничего не знал. Потапыч, вернувшись, мрачно сложил в кучу собранное оружие и ещё более мрачно сказал:

– Ну, и нахлопали же их! Твоё, Петренко, счастье, что я во время тебя стащил. Тут по части винтовки такие мастера, что не дай ты, Господи…

Петренко как-то неуютно поёжился. Он хотел что-то сказать, но его прервал Валерий Михайлович. Голос у Валерия Михайловича стал каким-то сухим, а глаза недобрыми и колючими.

– Сколько вас тут есть? – спросил он Федю.

– Одиннадцать, Валерий Михайлович, – ответил Федя каким-то субординационным тоном.

– Возьми с собой восемь, ты девятый, скачи к заимке. Вышли вперёд двух-трёх разведчиков, чтобы не попасть в засаду. Вы, Потапыч, займитесь вьюками.

– Оружие бы хорошо подобрать…

– Не нужно. Только патроны. Да и то потом. Действуйте!

Потапыч как-то бессознательно вытянулся и ответил по-военному:

– Слушаюсь, Валерий Михайлович.

– Так, значит, вы и есть тот Светлов, – жалобным голосом сказал Петренко, – за которым нас, вот, гоняли. Взяли бы вы меня с собой, товарищ Светлов, ей Богу.

– А что вы делать будете?

– Землю пахать. Землю пахать хочется.

– Демобилизуют вас, будете пахать.

– В колхозе-то? Там не я пашу, там на мне пашут… Взяли бы вы меня с собой, ей, Богу…

Петренко всё ещё сидел на земле, поджав под себя повреждённую ногу и снизу вверх смотрел на Валерия Михайловича умоляющим взглядом.

– Позвольте доложить, Валерий Михайлович, – военным тоном сказал Потапыч. – Парень, действительно, свой, попал по мобилизации, ну, конечно, проверяли там, кто папаша, кто мамаша, меня, ведь, тоже проверяли, а разве проверишь, что у человека на душе делается…

Валерий Михайлович ещё раз оглядел Петренко.

– Ну, чёрт с вами, едем вместе, там посмотрим.

– Вот и спасибо, Валерий Михайлович. Спасибо, что не побрезговали. А, может, и я ещё на что, кроме как пахать, пригожусь…

Уцелевшие кони были пойманы и навьючены. Федя в числе девяти всадников, указал по направлению к заимке. Светлов, Потапыч, Петренко и ещё два мужика тоже двинулись вслед за Федей через речку. На опушке леса валялось несколько трупов. Валерий Михайлович приказал собрать все патроны, винтовок и так было достаточно и с той, и, тем более, с другой стороны. Караван медленно втянулся в лес.