– Наивное заблуждение. – Стивен помахал рукой в воздухе. – Как на протяжении веков говорится в стихах и прозе, любовь превращает мужчин и женщин в глупцов и заставляет их верить в иллюзии. Большинство рассудительных молодых женщин просто ищет подходящую пару, они счастливы, если им удается найти понимание у своего избранника.

– Сэр, – Фиби, сложив руки под грудью, постаралась противопоставить свою убежденность его скептицизму, – большинство женщин хочет любви, это их родители ищут им подходящую партию.

– Возможно. Но очень часто в поисках любви человек теряет разум.

– А как же ваши друзья Элизабет и Уинстон? – За всю свою жизнь Фиби не встречала человека, который бы не верил в любовь и не мечтал так или иначе найти ее. Любовь, по мнению Фиби, была драгоценным сокровищем, которое дарили и которым делились, она побеждала все. Господи, в представлении Стивена это чувство было глупой мечтой школьницы и петлей на шее мужчины!

– Хорошо, я допускаю, что некоторым, очень немногим, удается найти и любовь, и понимание, но давайте вернемся к вашему положению. Мы выяснили, что у вас нет выбора и в запасе остается совсем немного времени. Положим, любовь для вас недосягаема, так зачем связывать себя с человеком, которого едва терпишь? Фиби, я же знаю, что вас влечет ко мне, и предлагаю выход.

Она вспомнила Сару Хастингс, симпатичную, простую девушку, которая, ослепленная страстью, сбежала с джентльменом из Атланты, с мужчиной, попользовавшимся ею и выбросившим ее, как старое пальто. Сара не смогла пережить, что ее бывшие друзья и даже собственные родители отвернулись от нее, и бросилась с балкона под проезжавший экипаж.

Фиби не считала себя такой безвольной и не была настолько глупа, чтобы думать, будто лорд Бэдрик беспокоится прежде всего о ее интересах. Она понимала, что определенные последствия всегда являются результатом чьих-то поступков? Резко встав с дивана, Фиби прошла в противоположный угол и поставила на стол недопитый бокал.

– Этот ваш так называемый выход дает возможность вам управлять моим будущим, а меня ставит в полную зависимость от вас. Этот выход позволяет вам вышвырнуть меня в любой момент, как только вам наскучит мое общество, и лишает меня какой-либо возможности отстаивать свои права.

– Как человек, получивший такую оценку, скажу честно, что вам, наверное, было бы легче жить без обязательств, приобретаемых вместе с наследством. Но если – заметьте, я говорю если – мне наскучит ваше общество, вы могли бы вернуться в Америку с кругленьким капиталом, не нуждаясь в поместье Марсден.

– А тетя Хильдегард? Я перед ней в долгу и не могу допустить такой скандал в обществе ее друзей.

– Вас действительно беспокоят моральные принципы тетиных друзей? Вы даже незнакомы с ними.

Стивен, вооруженный логикой и расчетами, очевидно, был готов ко всем возражениям, которые могла выдвинуть Фиби. «Интересно, – мелькнула у нее мысль, – своих прежних любовниц он подбирал так же по-деловому? Похоже, что да». Стивен был образцом самообладания, и Фиби сомневалась, что многие – или хотя бы кто-нибудь – видели его вышедшим из себя. Святая Дева Мария, почему же он так ей нравится?

– Если я вас так привлекаю, почему вы не попросите моей руки? – спросила она несмело. – Неужели так страшно жениться на мне? – Глядя на свои туфли, Фиби не видела, а слышала, что он подошел и остановился на расстоянии нескольких дюймов от нее.

– Нет, Фиби, – ответил Стивен, не дотрагиваясь до нее, – не только на вас, а жениться вообще. Брак не для меня. Я не стану обманывать ваших надежд. – Хотя в его тоне звучала насмешка, она уловила в нем сожаление и даже печаль.

– Для вас предложение жениться, кажется, звучит как смертный приговор.

– В некотором смысле так оно и есть.

– Почему? Должна же быть какая-то причина.

– Простите мою скрытность. – Стивен потер переносицу, словно мысли, теснившиеся у него в голове, требовали слишком большого напряжения. – Достаточно сказать, что я оказываю вам огромную услугу, предлагая стать моей любовницей, а не женой.

– В конце концов, это не имеет никакого значения, – с некоторой дерзостью парировала она, ругая себя за охватившую ее досаду. – Я еще не готова продать себя, у меня в запасе остается четыре недели.

– На задачу, решения которой вы боитесь. Примите мою помощь, я хочу заботиться о вас.

– Простите мою грубость, но вы просто-напросто хотите затащить меня к себе в постель.

– И это тоже. Но мною движет и нечто иное.

– Вероятно, вы хотите меня просто потому, что я задела ваше самолюбие, с самого начала отказавшись от вашего предложения.

– Я Бог знает кто, но только не болван, и никогда не связал бы себя с женщиной, которая мне не нравится, просто чтобы утешить уязвленную мужскую гордость. Уверяю вас, это далеко не так. Мне подтвердить свое объяснение?