Она сосредоточилась на статье, автор которой сокрушался по поводу уходящей в прошлое традиции ужинать в столовой, а не на кухне, когда во дворе появился Джек. Господи! Только его тут не хватало. На нем были шорты и необъятная футболка с надписью «Сосиска с мозгами» на груди. У Фреи тоже была такая — бесплатное приложение к корзине с ленчем «на вынос» из одного ресторана — только она выбросила ее, а он — нет.

Джек плюхнулся на стул и, обхватив голову руками, тяжело вздохнул.

— Я думал, что уже покойник. Цветов не надо, пожалуйста.

Фрея в ледяном молчании читала газету и не видела его в упор — дешевого, неряшливого, жестокого и самовлюбленного ублюдка.

Джек потянулся и громко зевнул. В ответ — тишина. Фрея ждала. Наконец он спросил, тщательно отслеживая свой голос, — чтобы звучал как ни в чем не бывало:

— Ну, как провела вечер?

— Восхитительно, спасибо тебе.

— В самом деле? — удивился Джек.

— Не вечер, а сказка в стихах. Что может быть лучше мужчины, готового целовать прах, по которому ты ступаешь, в особенности если этот прах — его собственное тело. Простите, его ноги… его волосатые ноги. Хотя наручники пора обновить, сказала бы я.

Джек смотрел на нее с тревожной озабоченностью.

— Ты шутишь?

— Конечно, шучу! — Фрея вскочила на ноги и принялась лупить его по голове свернутой газетой. — Как ты посмел отправить меня на свидание с извращенцем?

— Я… Ой! Я не посылал тебя. Ты сама ответила на объявление. Это ты сделала выбор. Прекрати!

Джек отнял у нее газету и, удерживая Фрею на расстоянии вытянутой руки, спросил:

— Ты что, и недели не можешь прожить без мужчины?

— Кто бы говорил! Ты и дня не можешь прожить, не подцепив бабу, какой бы дурой она ни была!

Джек вызывающе улыбнулся:

— Меня в женщине другое интересует.

— Другое? Неудивительно, что ты больше не можешь писать. Кусок планктона легче заставить думать, чем тебя!

Глаза его зло блеснули.

— По крайней мере мне не приходится рыскать среди «одиноких сердец».

Фрея и Джек уставились друг на друга.

— А, чуть не забыла… — сказала Фрея, доставая из кармана стопку банкнот. — Рента за прошлую неделю. Большое спасибо за оказанную честь. — С этими словами она швырнула в Джека купюры, которые разлетелись по траве.

Выдержав паузу, Джек подобрал купюры, расправляя каждую с величайшим тщанием. После чего вновь опустился в кресло и, щурясь на солнце, скосил на нее глаза:

— Вряд ли тебе будет приятно, когда ты узнаешь себя в моем романе.

— Ты не имеешь права изображать меня в своем романе. Это называется пасквиль.

— Женщину, похожую на тебя.

— И что же происходит с этой женщиной, после того как ее изнасиловал извращенец?

Джек нахмурился:

— Не знаю. Кстати, о клевете. Вчера я разговаривал с Майклом. Кое-кто испортил его гардероб. Он собирается подать на тебя в суд.

— Он не посмеет.

— Шить дело о костюмах — забавная тавтология.

— Всем привет, — прощебетала Кэндис. — Я приготовила лимонад.

Кэндис вышла к ним с подносом, тщательно одетая и подкрашенная — само совершенство: губы блестят, волосы аккуратно причесаны, пальчики наманикюрены, в проблемных зонах проведена депиляция и все, что нужно, сбрызнуто дезодорантом. Фрея опустила взгляд на свои голые ноги, обтянутые велосипедными шортами. Пора уходить.

— Спасибо, Кэндис. — Фрея взяла стакан и залпом осушила его. — Если ты не против, я одолжу Росинанта, Джек.

— Я против.

— Роси… кого?

— Росинант — это ручной велосипед Джека, — сказала Фрея, — после вас, Кэндис, вторая вещь, которую он любит больше всего на свете. Он назван в честь коня Дон Кихота.

— Ах да… Дон. Он был в сборнике биографий этого, как его, Уолтона [21] …

— Брось, Джек… — Фрея бесцеремонно пнула его ногой, — это в твоих интересах. Я еду искать квартиру.

Джек пристально посмотрел на Фрею:

— Ты съезжаешь?

— А ты намерен умолять меня остаться?

— Дай знать, когда вскрывать шампанское.

— Это ваша сестра? — вмешалась в разговор Кэндис. Она подняла журнал, который Фрея по глупости оставила на траве.

— Сводная, — сказала Фрея.

— Дай-ка посмотреть. — Джек протянул руку. Кэндис отдала ему журнал и присела на подлокотник кресла, прижавшись к нему щека к щеке, чтобы они могли читать вместе.

Джек окинул взглядом фотографию и присвистнул.

— Ты вроде говорила, что она школьница.

— Была. Теперь выросла.

— Смотри, Джек… — Кэндис ткнула пальцем, — тут написано, что они женятся. Как интересно!