– Альянс не пришлет подкрепления? – с сомнением спросил Гордон, – Я заметил на рельсах снайпера и пару солдат…

– Вряд ли кто-то из них успел вызвать подмогу до того, как мы их прикончили, – кивнул на трупы негр, – Думаю, эта территория чиста. Альянс не очень сильно контролирует окрестности Рэвенхольма.

– Опасаются стать жертвой своего же оружия? – усмехнулся Гордон, – Ну ладно. Я здесь задержусь ненадолго. Мне нужно найти короткий путь к "Восточной Черной Мессе".

– Эге, док! – улыбнулся негр, – Вам придется нанять себе самолет. Пешком туда уже не дойти, а по морю – вообще невозможно из-за пиявок и ихтиозавров. Но… Доктор Фриман, у меня тут была на связи Аликс полчаса назад. Мы попробуем вызвать ее снова, годится?

– Еще бы! – мысль о том, что Аликс жива и вне опасности сразу заставила Фримана забыть о боли в спине.

Негр, оставив остальных перебинтовывать Уинстона, повел Фримана в небольшую подсобку, внутри которой виднелась дверь. Гордон на ходу глянул на индикатор зарядки батарей скафандра – он показывал лишь тридцать процентов. Это – все, что осталось после очереди из инопланетного автомата в спину.

Негр шумно заколотил по двери кулаком.

– Эй! У нас все чисто, открывайте! И у меня тут Гордон Фриман.

Дверь тут же открыла пожилая женщина с нарисованным красной краской крестом на рукаве.

– Доктор Фриман? – изумленно переспросила она, уставившись на скафандр Гордона, – Быть этого не может! Док, у меня как раз тут на связи Аликс.

И женщина кивнула за монитор в глубине комнаты.

– Ее отца схватили.

Последние слова поразили Фримана, словно молния.

– Что?! – прошептал он и, обогнув женщину, ринулся к рации, даже не замечая, что происходит вокруг.

С монитора рации сквозь пелену помех на него смотрело мрачное лицо Аликс. Фриман, не зная, как включить передачу, растерянно заметался перед рацией. Но подошедший негр-повстанец нажал какую-то кнопку и сказа в микрофон:

– Алекс, это Леон. И со мной Гордон Фриман.

Гордон, не в силах больше сдерживать волнение, оттеснил Леона от монитора и схватил микрофон. При виде Гордона лицо Аликс как будто бы прояснилось.

– Гордон! – устало и облегченно воскликнула она, – Ты прошел через Рэвенхольм, слава богу! Мне нужна твоя помощь. Они забрали моего отца.

– Что случилось? – взволнованно спросил Фриман, – Что произошло? Это во время атаки на "Восточную Черную Мессу"? Илай жив?

Такой угрюмой и грустной он Аликс еще никогда не видел…

– Надеюсь, что да, – устало и мрачно сказала Аликс, – Его и Джудит Моссман увезли в Нова Проспект. Вортигонты выследили корабль, на котором на котором их увезли. Я должна поехать туда, пока еще поезда ходят.

"Так они схватили и Джудит…" – пронеслось в голове у Гордона.

– Аликс, что, что я должен делать? У нас есть шансы вытащить Илая? Скажи, что я должен делать! – Фриман уже начал терять контроль над собой.

– Гордон, от тебя может зависеть очень многое, – сказала Аликс, хмурясь, – Одной мне не справиться с солдатами. Мне нужно, чтобы ты по побережью добрался до Нова Проспект. Раньше это была тюрьма строгого режима, но теперь – это намного хуже… Но я думаю, что туда все еще возможно пробраться.

– Проберемся! – внезапно посерьезнел Фриман, – Сделаем, не волнуйся. С Илаем ничего не случится. Я уже отправляюсь.

– Вы хотите пойти пешком по побережью?! – встрял обеспокоившийся вдруг Леон, – Это же займет больше дня! Тем более что сейчас у муравьиных львов начался жор.

– У кого? – покосился на него Фриман, чувствуя себя не в своей тарелке.

– Вот почему я и вызвала тебя, Леон, – сказала Аликс, наморщив лоб, – Надеюсь, у тебя есть та машина, которую мы оставляли у тебя прошлым летом? Та, на которую мой отец установил гауссову винтовку.

Леон как будто мигом понял, что к чему.

– Конечно осталась. Кстати, хорошая идея! Погоди секунду… – и Леон потянулся к другой рации, стоящей рядом, – Морко? Выкатывай наш багги. Да, он нужен доку прямо сейчас. Гордон Фриман его поведет.

– Тот самый Фриман? – сдержанно удивился женский голос из рации, – Ладно, сделаем! Я как раз недавно закончила приваривать ящик с боеприпасами на бампер…

Гордон стоял, пытаясь понять, что ему предстоит. И, кажется, понимал. Плевать – Илай в беде!