Шрифт:
– Чем же так хорош этот синтетический продукт?
– Он чрезвычайно эффективен.
– Почему бы просто не повысить дозу обычного НДТ?
– Потому что обычный НДТ воздействует только на определенные мозговые рецепторы. Когда все они заработают, вы уже не сможете увеличить степень воздействия, сколько ни повышай дозу. А супер-НДТ активнее обычного в четыре раза.
Она еще поколдовала над моей головой и сообщила:
– Вот и все. Микросхема изъята. Теперь я могу либо полностью закрыть отверстие, либо поставить мембрану, чтобы вы могли регулярно пользоваться НДТ.
– Как насчет бесплатного образца вашего чудо-средства? Если оно мне поможет, я приду поставить мембрану и превращусь в постоянного пациента.
Мне не хотелось менять одну зависимость на другую, но если НДТ действительно так хорош, то я был просто обязан им воспользоваться. Тем более, что была вторая часть задачи.
– Согласна, - ответила она, подумав.
Она вышла, оставив меня одного. Если бы не вскрытая черепная коробка, я бы попытался кое-что разведать. А так пришлось лежать и ждать.
– Я введу чуть-чуть НДТ прямо в вашу ЦСЖ, а потом…
– ЦСЖ?
– Цереброспинальная жидкость. Так сказать, раствор, в котором плавает ваш мозг. Теперь я вас закупорю. Вы прореагируете на НДТ очень быстро, реакция будет сильной, но кратковременной. При введении через мембрану препарат действует гораздо дольше.
– Итак, мы договорились: первая доза за счет заведения?
– Совершенно верно.
Эффект я почувствовал, только когда слез со стола и вышел в холл, чтобы приложить большой палец к считывателю и расплатиться за операцию. Все краски сделались ярче, яснее, все предметы - контрастнее. Я ощущал все свои нервные окончания, чувствовал, как сканер считывает данные с процессора в моем пальце и снимает со счета деньги за удаление микросхемы. Чувствовал, как бежит по всем капиллярам кровь, осознавал перистальтику своего кишечника, микрозавихрения воздуха в легких, удары сердца. Если это и есть воздействие супер-НДТ, то понятно, почему с его помощью можно забыть одиночество, вызванное исчезновением «пуговичной» коллекции.
Тот НДТ, которым я пользовался когда-то, не шел ни в какое сравнение с новым. Я вдруг вспомнил, как расшифровывается «НДТ»: нордопатриптилин! В голове разом всплыло все, что я прежде знал, читал, слышал об этой штуке, причем в сочетании со всеми мыслями и вопросами о похищенных беспризорных детях. Внезапно все части мозаики встали на свои места. Вместо безнадежной головоломки я узрел безупречную логическую цепочку, которой не хватало каких-то двух-трех фактов, чтобы превратиться в неопровержимое доказательство.
– Конечно!
– услыхал я собственный голос, отрывая палец от кассового считывателя.
– Теперь понятно, зачем…
– Что - зачем?
– настороженно спросила рыжая мастерица.
– Ничего.
– Болтливый идиот!
– Вас что-то беспокоит?
– Ее рот превратился в зловещую узкую щель; херувим, как по волшебству, стал исчадием ада.
– Право, все в порядке.
– Ждем вас, - сказала она сухо и открыла дверь.
Я со всех ног бросился к Элмеро, надеясь, что застану у него Дока.
11.
– Напрасная трата времени, - сказал Док, сверкая черной физиономией в ярком свете кабинета Элмеро.
– Ведь мы уже читали отчеты о вскрытии и не нашли в них ничего полезного. Зачем заниматься этим снова?
– Потому что в первый раз мы не знали, о чем спрашивать.
Пока мы с Доком спорили, Элмеро сел за пульт и приступил к взлому сети. Из меня еще не выветрился супер-НДТ, и я был готов творить чудеса.
– Как хочешь, деньги-то твои, - сдался Док, пожимая плечами.
– Правильно. При вскрытии всегда берут анализ цереброспинальной жидкости?
– Конечно! Белок, глюкоза, хлориды, бактерии, вирусы, токсины и прочее.
– А нейрогормоны?
– Ну вот еще нужда!
– А почему?
– Потому что это все равно, что изучать подкожный жир на твоей заднице: это добро имеется у любого, только в разных количествах. Зачем изучать нейрогормоны? Они есть у каждого. К тому же такой тест очень дорог. Для того, чтобы идти на подобные расходы, надо иметь обоснованные подозрения, что разгадка прячется именно в этой области. Никому не взбредет в голову так глубоко копать, когда речь идет о неопознанных трупах.
Я это предвидел.
– Как долго в ведомстве коронера хранятся образцы тканей?
– По-разному. Если образец взят у неопознанного трупа, то, наверное, не больше месяца.
– Вошли, - оповестил Элмеро, не отрываясь от пульта.
– Можешь запросить анализ цереброспинальной жидкости погибших детей?
Элмеро бросил на меня взгляд, в котором в равных дозах присутствовало осуждение и тревога. Такие мрачные картины - не для его нервной системы.
– Прости, - спохватился я.
– Запроси содержание нордопатриптилина.