Шрифт:
Через некоторое время полезли гномы изо всех щелей, собрались вместе и - бух на колени перед нами. Ну, и как это называется? Очень на Арганат похоже, только вместо Кеввини (интересно, как он там?) некий пожилой гном с ножками, как у кузнечика: коленками назад. Похоже на какую-то боевую травму, а как он ходит - не то что без пол-литры, без ящика спирта не разобраться. Надеюсь, мозги у настоятеля в норме, как у всех, и говорит он нормально, а не задом наперёд. А если, оборони Создатель, назовёт меня "Солле"?
Поднимаем старика с грязного пола, отряхиваем кое-как, и Оддар вопрошает. По-гномьи, естественно. Между прочим, это свинство. Попросить Фрекатту научить меня и этому языку, что ли?
Но старый Васт (так его Оддар называл) оказался куда прозорливее, чем можно было бы подумать, глядя на его "ходули". Он ответил на Общем, так - стандартное гномье приветствие и вечные благодарности. Вышло так, что мы ухитрились спасти не только его самого вкупе с младшим обслуживающим персоналом, но и храмовые сокровища. В многочисленных галереях Памяти хранятся древние клинки и не более современные книги, за которыми, собственно, и явились тролли. Людская и гномья бережливость - царская щедрость по сравнению с тролльей страстью к накопительству. Жаднее в Обитаемых Землях только драконы, да и те специализируются по золоту и драгоценностям, а тролли - по всему, что стоит хотя бы гир. Красота, короче. И посреди всей этой красоты мы, победители в сияющих доспехах… сладкий, романтичный "хэппи-энд". Фу, пакость какая!
Дайнрил, похоже, тоже был на грани того, чтобы вывихнуть челюсть от скуки, и, дабы спасти свой жевательный аппарат, прервал Ниагарский водопад душевных излияний Васта. Взял он так дедушку за грудки и предельно сжато изложи цель нашего визита. Про Земную Твердь - ни слова. Совестно, понимаю… И такая вдруг тишина настала, что, казалось, чихни разок - и весь Алтарь развалится на фиг.
–Зачем вам Шар Истины?
– строго вопросил Васт.
–В футбол играть, - буркнула Ника.
–Добру или Злу служите вы?
–Эй!
– Оддар попытался было меня оттащить, но ему не повезло.
– Склероз вылечи, Васт без ласт! Если бы мы воевали за Азгара, стали б мы тебя у троллей отбивать? Идиотизм какой-то! Эх, зря Керриэль их добил, а то б я тебе показала, что происходит со старыми пердунами, которые корчат из себя стоиков!
–Это же часть церемонии, - обиженно произнёс Васт, - и вы тоже знаете, что Шар может… может служить оружием. Самым страшным оружием…
–Драгоценный ты наш… - Дайнрил говорил почти спокойно, но в глазах прямо-таки полыхала злость.
– Ты вокруг-то посмотри! Ещё чуть-чуть, и всё разлетится без малейшего участия Азгара, и вернёмся мы к первобытному хаосу. Где тогда будет весь твой Храм? Или ты уверен, что уж память-то остаётся навсегда?
–После нас придут другие.
–Свято место пусто не бывает, - задумчиво прошептала Ника. Я добавила:
–Отхожее тоже.
Васт, скорее всего, обиделся, что я назвала его любимое обиталище таким словом, но что он, собственно, мог сделать - его ж, болезного, и выпускать-то не торопились. А как оказался премудрый гном на полу, проворчал что-то вроде "от нас не убудет", только на своём родном наречии. Спасибо, Оддар перевёл, что сказал Васт, а то я грешным делам подумала, что меня куда-то послали, а адрес не уточнили.
Васт ушёл в глубь пещеры, которую невесть почему назвали Алтарём, и вскоре вернулся с увесистым булыжником прямоугольной формы, на котором была выбита довольно длинная надпись, и всё - древними гномьими рунами. В Храме Ночных Богов тоже был камень и была надпись, но по-эльфийски, на айриэльском диалекте. А тут, как бы это поприличнее обозвать, куданнская грамота.
–Що це таке?
– мрачно спросила я.
–Всё, что известно в нашем Храме о Шаре.
–Оддар, ты можешь перевести?
– осведомился вампир.
Воевода кивнул и, морщась, подбирая слова (за пятьсот с хвостиком лет язык очень изменился), прочитал нам один занимательный стишок. Монотонно так, натуральным речитативом.
Город чужого мира, сотканного судьбою,Где люди точно знают, кто из них сколько стоит,Город, когда-то бывший, и от времён уставший,Прячет последний отблеск тайны великой нашей -Словно кусочек солнца держит кусочек ночи.Краеугольный камень дарит строеньям прочность.Внутреннее обычно большее, чем снаружи:Должно вернуть на место то, что давно разрушил.Кованой тьмы железо и край добра и светаВскоре сойдутся в битве, равной которой нету…Каждый считает тёмным мир, где ему не рады -Но, к сожаленью, ветер судит не непредвзято.Истинный путь опасен, тонок, как детский волос:Когда настанет время и серебристый конусСтанет прозрачным шаром, которым был когда-то,Вместо сквозного хода будет путь "не-возврата".Записано это было тогда, когда мои эмоции чуть остыли. А после того, как Оддар замолчал, я взорвалась:
–Вот, значит, как? Что, автор сих строк помер, да?! Жаль… какое они право имеют так называть мой мир и мой город?!
–А, по-моему, верно, - усмехнулся Дайнрил.
–Чего?!
–Ну, давай, изобрази кун-фу! Я от своих слов не откажусь. Но, сдаётся мне, почтенный Васт что-то от нас скрывает.
–Я ничего не…
–Какое ж это руководство к действию? Ну, серебристый конус - это и я знаю. А вот в чём заключается сам ритуал, Васт сейчас расскажет…