– Не могу не сознаться, что с облегчением покинула эту душную почтовую карету, – с чувством ответила леди Биллингтон. – Мы с племянницей решили нанять экипаж. Вам и так хватает хлопот с размещением наших горничных, чтобы к ним прибавились еще заботы о кучерах и слугах, не говоря уж о лошадях.

– Очень трогательно с вашей стороны. Леди Джиллингем тоже об этом подумала. – Во взгляде Сары Рэвенхерст мелькнул огонек. – У нас очень просторная конюшня, но боюсь, экипаж графини такой большой, что занимает очень много места.

– Только не говорите мне, что она прибыла сюда в своем старинном ландо! – леди Биллингтон скорчила трагическую гримасу. – Вдовствующая графиня сделала его на заказ. Там можно разместить целую кровать!

– Я не намного старше вас, мисс Хэркорт, поэтому предлагаю вам называть меня Сарой, а мне позвольте величать вас Верити. Такое милое имя. Мне всегда оно нравилось.

Не дав гостье времени опомниться, Сара повела их по красивой резной деревянной лестнице наверх. Попутно она объяснила, что в этот вечер их ждет ужин в непринужденной обстановке и в чисто женском обществе, поскольку Брин приедет только поздно вечером, а ее мужа, к сожалению, вызвали по неотложному делу. При последних словах насмешливая улыбка тронула губы Верити. Однако, поскольку их хозяйка в этот самый момент подвела леди Биллингтон к отведенной ей спальне, улыбка эта осталась незамеченной.

– Вас я размещу здесь. – Сара открыла следующую по коридору дверь. – Я подумала, что вы захотите быть рядом со своей тетей.

Верити оказалась в просторной спальне, очаровательно декорированной в разных оттенках синего.

– О, как чудесно! Синий – мой любимый цвет.

Сара внимательно вгляделась в тонкие черты лица Верити.

– Наверное, вы устали с дороги, так что оставлю вас отдохнуть до ужина.

– Я вовсе не устала, но если вы заняты, пожалуйста, не позволяйте мне вас задерживать.

– Нет, что вы, наоборот. Я буду счастлива задержаться. Это даст нам возможность познакомиться. – Удобно устроившись у оконной ниши, Сара наблюдала за тем, как Верити развязывает ленты шляпки. Сара немного знала о других своих юных гостьях, но в том, что касалось Верити, Брин был не очень словоохотлив, и она недоумевала по поводу того, что скрывалось за его молчанием. – Если я не ошибаюсь, вы знакомы с Брином уже давно?

– Да, мне было немногим более десяти лет, когда мы впервые встретились. Моя матушка вернулась в свой родной Йоркшир вскоре после того, как умер отец. К сожалению, она пережила его всего на два года, и я осталась жить с дядей Люцием, моим опекуном. Он чудесный человек. Мы отлично ладим.

– В этом случае вам можно только позавидовать, моя дорогая. Мой опекун был пренеприятнейшей личностью. – Сара улыбнулась. – Но из него получился прекрасный муж.

– Рэвенхерст был вашим опекуном? – Верити от неожиданности всплеснула руками. – Какая интересная история! Ой, расскажите поподробнее!

Сара собиралась узнать все, что только можно, об этой полной жизни молодой женщине, а получилось, что она сама поведала ей историю своей жизни: как три года назад приняла решение уехать из Бата; как Рэвенхерст помчался за ней и выследил ее в одной придорожной гостинице, в которой впоследствии произошло убийство.

Верити увлеченно слушала. Фиалковые глаза горели от возбуждения.

– Как интересно! И, конечно, невероятно романтично, что вы полюбили и вышли замуж за своего опекуна. Жаль, что его нет сейчас здесь. Я с большим удовольствием познакомилась бы с ним.

– Он вернется к приему, который состоится в пятницу, – успокоила ее Сара. – Очень... неудачно, что его вызвали в такое время.

– Не говорите! – согласилась Верити, но губы ее дрогнули, и Сара, которой никогда не изменяло чувство юмора, залилась смехом.

– О, я вижу, что напрасно теряла время, пытаясь обмануть вас. Правильно, этот негодник уехал по моей собственной просьбе, – созналась она. – Маркус бывает иногда нетерпимым, особенно с некоторыми представительницами нашего пола. В общем, наверное, это к лучшему, что он решил потихоньку «испариться».

– В таком случае он поступил великодушно, распахнув двери своего дома гостьям, большинство из которых, я уверена, совершенно ему незнакомы, – искренне заявила Верити, прежде, чем вспыхнувшее в ее глазах изумление начало угасать. – Чего нельзя сказать о майоре Картере. Он не только злоупотребил вашей дружбой, но не проявил даже элементарной вежливости и не помог вам встретить его гостей.

Сара поспешила заступиться за друга:

– Брин предупредил, что его не будет до вечера, Верити. И пожалуйста, не думайте, что меня заставили предоставить мой дом, потому что это не так. Я люблю Рэвенхерст и с удовольствием провожу здесь большую часть года. Нас с Маркусом считают очень странной парой. Нам очень нравится находиться в обществе друг друга. С тех пор, как мы поженились три года назад, я родила ему двоих детей и лишь дважды выезжала ненадолго в Лондон. Боюсь, что мне всерьез грозит опасность стать необщительной. Так что, когда Брин предложил мне быть хозяйкой вечера, я была просто счастлива. Единственное, чего я опасаюсь, – это что вам быстро наскучит наш тихий уголок.