А на каких фактах основан сам атеизм? Где факты, доказывающие, к примеру, что у человека нет бессмертной души? Хирурги, препарируя человека, ни разу ее не видели? И это все?!

Но ведь никто не видел гравитационного, магнитного, электрического полей. Значит ли это, что и их нет? Понятно — сегодня приборы показывают наличие этих полей. Но ведь 200 лет назад этих приборов не было и о полях никто не подозревал [53]. Так чего все же сегодня нет — бессмертной души или приборов по ее обнаружению?

На сегодня мы, атеисты, мракобесы, хуже верующих. Верующие непрерывно ищут факты, подтверждающие их веру, а мы ловко устроились — что бы они ни нашли, а мы верим, что этого нет. Они верят в наличие бессмертной души, а мы верим в ее отсутствие; они верят в рай и ад, а мы верим в их отсутствие и т.д. Мы, атеисты, тоже верующие и тоже мракобесы, но только более амбициозные».

Самокритично, ничего не скажешь. И после этого Ю.И.Мухин предпринимает попытку подняться с третьего (фактологического) приоритета средств воздействия на общества на первый (мировоззренческий) методологический:

«МЕТОД.

Есть два противоположных метода познания истины. Один, назовем его научный, — это когда истину точно устанавливают — осматривают, измеряют или, по крайней мере, замеряют ее приборами и по их показаниям судят, если и не обо всей истине, то хотя бы о наличии чего-то, что может быть истиной.

Противоположный метод — в наличие истины просто верят. Это смешно [54], но подавляющее число людей использует второй метод — они что-то запоминают, как истины, и потом в это верят.

Нам второй метод совершенно не годится, поскольку это самообман, вера — это вообще не познание истины. Познание истины — только понимание. А понять можно только на основе истинных фактов, для чего их нужно увидеть и замерить, а увидеть и замерить факты в вопросе религии пока нечем.

В таких случаях в реальной жизни мы обычно упрощаем себе задачу: мы оцениваем факт на основе своего жизненного опыта и умения логически мыслить. «…»

В вопросе религий и атеизма точные замеры нам недоступны, научный метод мы использовать не можем. Поэтому давайте используем предложенный метод — метод оценки разных составляющих наших учений с позиций наших опыта и логики. Ведь точность нам и не нужна, нам хватит выяснения направления нашего движения».

Признав таким образом несостоятельность экспериментальных методов естествознания и его технических приложений в разрешении основных религиозных вопросов, Ю.И.Мухин делает и потом обосновывает интеллектуально логически вывод:

«Бога нет.

Его нет потому, что он не нужен даже верующим. Им-то нужен рай в загробной жизни, а Бог — это просто тот, без кого они рай себе представить не могут.

Бога выдумали давно, и тогда и Он, и Его рай имели какой-то смысл. Но сегодня Бог выглядит, как Чикатило — безумным садистом. Ведь вдумайтесь в то, что Он делает. Он расплодил людей и после мгновения земной жизни начинает вечные издевательства над их душами. Одних жарит в аду, другим — вечное тюремное заключение в раю. Мухаммед, правда, ввел в рай полногрудых волооких гурий — все ж мужчинам какое-то развлечение. Но чем у христиан рай отличается от тюрьмы? В тюрьме тоже сидят и ничего не делают, кроме того, что едят и оправляются за казенный счет. Ну чем не рай? Между тем, год тюрьмы по своей тяжести для человека расценивается как два года исправительно-трудовых лагерей, где заключенные все же работают.

Просто когда возникали религии, люди так физически тяжело работали, что физический отдых и еда в достаточном количестве казались им неземным счастьем. В те времена тот рай был уместен, и того, кто этот рай обеспечит, можно было считать богом. Но как на этот рай смотреть сегодня?

Да и с другой стороны. Положим, Бог есть, но тогда мы-то ему зачем? Он ведь всемогущ, неужели не нашел себе забавы поинтересней, чем тратить дефицитные энергоресурсы на топку котлов в аду и варку манны небесной для оравы бездельников в раю? Лучше бы в домино играл — все же какое-никакое развлечение, а не скука смертная.

Так что если посмотреть на Бога с практической точки зрения, то и для нас, людей, он бессмысленен, поскольку нам нужен не он, а рай, и мы ему бессмысленная и непонятная обуза. На мой взгляд, слишком много бессмысленности, чтобы была хоть какая-то вероятность наличия Бога. Потому и атеист».

Если смотреть на сказанное с позиций этики и религиозной практики жизни в вере Богу, то такого Бога, каким его изобразил Ю.И.Мухин, действительно нет. Но если веру в такого бога насадить, изнасиловав здравомыслие общества, то возникнет эгрегор (коллективная духовность, коллективная психика), в который поклонники культа такого бога будут отдавать свои духовные силы, а эгрегор будет способен употреблять накопленные в нём резервы духовности на чудотворство, а “сверхъестественные” чудеса будут поддерживать веру в бога, которого нет.

Но тот Бог, который есть, обладающий совершенно иными личностными качествами и намерениями по сравнению с теми, что придал Ему Ю.И.Мухин, не ответит тем, кто возвел на Него напраслину до тех пор, пока они не одумаются и не изменят своего мнения о Нём под воздействием жизненных обстоятельств, искореняющих веру в Бога и безверие Богу.

Сделав вывод, субъективно логически безупречный, но объективно этически ошибочный о том, что Бога нет, исходящий из того, что такой бог не нужен даже верующим, а не то что для бытия Мироздания, Ю.И.Мухин перешёл к разновидности пантеизма, в которой уготовал человеку место Бога.