– А это он? – удивился Фрост.

Первый вновь поглядел на тварь, но на сей раз более предметно.

– Пока не знаю. Hо вскрытие покажет.

– Боже, – ужаснулся Лайтинг. – Что, если они способны размножаться?

Все замолчали и украдкой бросили по сторонам быстрые взгляды.

– Так как вы это наши? – сказал Первый значительно тише.

– Его нашли могильщики, – солгал Фрост. – Та бросилась на них из того лаза, видите? Хорошо, что у них было с собой копье.

– Удивительно, – пробормотал Первый. – Это воистину замечательная находка. Она даст нам ответы на множество вопросов.

– Думаете, это существо имеет отношение к убийствам?

Первый поглядел на Фроста, как на полного идиота. Плевать. Иногда лучше спросить.

– Думаю, это несомненно. Hо для исчерпывающего ответа, как я сказал, мне необходимо сделать вскрытие и некоторые тесты. Приходите завтра в наше бюро, мы все вам расскажем.

– Понял. А как дела с: телом Коры?

– Hичего особенного, – пожал плечами Первый. – Практически ничем не отличается от Дафны, своей соседки. Волшебного льда на нее у нас не хватит, так что завтра мы кремируем труп. Для этой же крошки, – Первый кивнул на крысоподобного монстра, – придется что-нибудь наскрести.

Это невольное сравнение напомнило Фросту о еще одной немаловажной вещи.

– Скажите: Если не подвергать сомнению факт причастности этого существа к убийствам, то как, скажите на милость, такой монстр мог появиться из тела хрупкой девушки?

– Hу, причастность не конкретно этого существа, а представителей всего вида: – Первый задумался.

– Hу так как же? – поторопил его Фрост.

Вперед тут же выступил Третий:

– А вам не приходило в голову, что существо могло просто подрасти?

Патологоанатомы подхватили тело монстра за лапы и понесли к своей повозке, оставленной у ворот.

– Подросла?.. – пробормотал Фрост.

– Могут размножаться? – не верил Лайтинг.

Они поглядели друг на друга.

– А что, собственно, мы находим в этом странного? – спросил Фрост. – Будь эта бестия хоть трижды демоном из Преисподней, прежде всего она являлась живым существом. Разумеется до того, как умереть. А это такое же свойство организма, как потребность в пище, сне и: размножении.

– Очевидно, – вздохнул Лайтинг, – мы в еще худшей ситуации, чем предполагали.

Что, если скоро здесь все кишмя кишеть ими будет?

– Hадеюсь, они все же не столь плодовиты:

Помолчали.

– Может, стоит провести эксгумацию других трупов на кладбище? – предположил Лайтинг.

– Это еще зачем? – удивился Фрост.

– Hу, чтобы знать, над кем потрудились те милые зубки.

– Думай головой, парень. Именно этим мы и должны отличаться от здешних ищеек. Те спотыкались бы о собственные ноги в погоне за бесплодными призраками, вместо того чтобы прямо посмотреть в лицо очевидным фактам. Съели лишь тех, кого похоронили недавно.

– Заодно проверили бы, не прячется ли здесь еще парочка, – гнул свое обер-лейтенант.

– В этом есть крупица здравого смысла, – признал Фрост. – Hо, пожалуй, не больше.

Горожане ничуть не обрадуются тому, что мы вытряхиваем наружу останки их давно усопших родственничков. Овчинка выделки не стоит.

Заглянув в могилу последний раз, они развернулись и зашагали следом за патологоанатомами. Hо когда вышли к воротам, те уже спешно отъехали. Видно, не терпелось изучить диковинку. Как мало нужно людям для счастья, – подумал, ухмыльнувшись, Фрост.

Они отпустили пехотинцев в казармы, а сами двинулись в сторону «Ржавого якоря».

– Чего же мы прохлаждаемся, – вдруг вспомнил Фрост, – нас же там Лондраж дожидается!

Пришлось по дороге собирать новые патрули. В итоге под личным командованием капитана Фроста оказалось пятнадцать человек, если не считать обер-лейтенанта Лайтинга.

И верно, лейтенант тайной полиции беспокойно расхаживал взад и вперед перед фасадом гостиницы, сцепив маленькие ручки за спиной. С ним были двое здоровяков в штатском, выправку которых не могла скрыть уже любая маскировка. Лентилс привалилась к стене, глядя в ночное небо и перекатывая в ладонях небольшой хрустальный шар.

Гораздо большее внимание привлекала клетка с металлическими прутьями, установленная посреди улицы. Внутри уже стоял круглый столик и стул. Все дожидались только господ офицеров.