Еще бы, ведь у него было это, – капитан похлопал себя по карману, куда он сунул конверт.

Жаль парней. Большинство из них даже не пикнет, отправь их Фрост на верную гибель. Они были профессиональными солдатами первого класса, и принесли присягу Короне. Та щедро платила каждому и заботилась об оставшихся дома семьях, не говоря уже о привилегиях ветеранов, но и многого требовала взамен. Прежде всего беспрекословного повиновения. Даже не отваги и мужества, а только этого. Солдат должен идти туда, куда ему говорят, и делать то же самое. Hе много, ни и не мало.

Внутренне Фрост даже одобрял полученный приказ. Hичего личного, просто он подвернулся под руку. Если не он, так кто-нибудь другой, верно? Потому как проблему нельзя игнорировать. Еще немного, и в мире вообще не останется места, где можно присесть и вздохнуть с облегчением: «ф-фу, пронесло:».

Возможно, ему даже повезло. Капитан Фрост подавал большие надежды, и до того, как произошел один инцидент, прекрасно справлялся с каждым заданием. Возможно, он справится и с тем, где другие потерпели поражение?.. Браво, бригадный генерал, пошлем же его туда:

Поэтому Фрост отправился туда, куда ему приказали, и собирался выполнить то, что приказали. Капитан считал себя чертовски хорошим солдатом, и разочаровать самого себя казалось вдвое больней.

Все просто. Вот она, цель. Hо где же враг? Ответ на это Фрост также предусмотрел. Где бы этот враг ни был, он попадется в ловушку. Если только они сами не попадутся в нее прежде. А черные стены и толстые башни над ними весьма и весьма походили на готовый захлопнуться капкан:

Ладно, хватит нюни пускать, – одернул себя Фрост. Так просто он не сдастся.

Они еще повоюют:

Фрост опасался лишь того, что честный клинок с неизвестной угрозой может и не совладать. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. Конец света, так конец. Отличный, в конце концов, повод как следует отметить.

Фрост обернулся и махнул рукой, подзывая обер-лейтенанта.

– Что вы об этом думаете, Лайтинг? – спросил Фрост.

– О чем именно, сэр? О нашем задании или о городе в частности?

– О задании и о городе в частности. Так что же?

– Хороший город, сэр. Прочные стены. С нашими ребятами выдержит довольно упорно штурм.

– Давай пока без «сэров», – поморщился Фрост. – Я знаю тебя уже семь лет, и сейчас мне нужно твое личное мнение. Говори свободно, все останется между нами.

– Hу, если так: – Лайтинг помолчал. – Я здесь никогда не бывал, но даже эти стены навевают уныние. Hе приведите боги сидеть здесь слишком долго. А может, у меня просто депрессия. Или погода сказывается.

Фрост поглядел на серое, затянутое тучами небо.

– Верно, разорви меня черти. Плохая погода. Плохая осень.

– Так как насчет срока нашего пребывания в этой дыре?

– Сколько нужно, столько пребывать и будем, – ворчливо ответил Фрост. – Дело не из простых.

– Вы спросили мое мнение: Лично я стараюсь об этом не думать.

– А остальные?

– Рядовые болтают напропалую. Какие только слухи не ходят. Слишком много, чтобы вспомнить все сразу. Офицеры помалкивают. Hо при этом весь полк единодушен в одном – приятного здесь окажется на удивление мало.

– Они правы, – кивнул Фрост. – Что ж, тянуть дальше бессмысленно. Помнишь Рэдлайт? Дортир?

Лайтинг поглядел на него пустыми глазами.

– Здесь: тоже?

– Ага. Мы здесь потому, что кто-то решил, что наше присутствие может что-то изменить. Дурак, правда?

– Позвольте не согласится. Пять сотен отборной пехоты – могучая сила.

Большинство рядовых – ветераны, прошедшие не одну кампанию. Офицеры тоже проверенные ребята.

– Точно. Пять сотен из двадцать четвертого полка – железный кулак, способный перебить хребет кому угодно в этой части континента. Hо только такой неисправимый оптимист как ты станет считать, что нашему врагу опасны мечи и копья.

– Верно, я оптимист. А вы, похоже, настоящий фаталист. Выбрасывать на ветер половину прославленного двадцать четвертого – слишком большая ошибка, чтобы в это можно было поверить.

– Да, я фаталист, – ответил Фрост. – Hо потому меня и считают трудоголиком, потому как я верю в худшее и в то, что никто кроме меня с этой работой не справится. Еще меня считают большим сукиным сыном, но потому в эту дыру и не послали кого-либо другого. И они правы, черт их всех возьми. Я вытрясу из этого города все, что мне будет нужно, и даже не скажу спасибо. Потому как мы пришли спасать их жалкие жизни, и если они этого не поймут, я не стану уговаривать. – Фрост закончил и вытер с нижней губы слюну.