— Как всегда, — вздохнула Йошико. — Я хочу знать, куда мы направляемся, и хочу поговорить об этом с нашей милой Евой.

Тебатиманскатт обхватил руками колени и скосил глаза в потолок.

— Ну просто оперная дива! — прошептала Йошико еле слышно.

У Тебатиманскатта была собственная теория по поводу того, что могло бы быть целью обоих кораблей с ЦП. Он считал, что они намерены, ни много ни мало, добраться до центра Вселенной, чтобы там соединиться с зонами. Йошико не очень четко понимала последовательность его рассуждений. И прежде всего потому, что паранид откровенно намеревался передать сообщение об этом Понтифику Максимусу Паранида, как только настанет срок.

— Ева! Ты здесь?

— Эта единица / я здесь, с вами, Йош.

— У тебя ведь есть что-нибудь вроде гравидара и телескопа, правда? Или радиотелескоп?

Йошико даже не пыталась использовать свой тригравископ для того, чтобы наблюдать за космосом. Имея под собой массу планеты, прибор мог бы проникнуть в пространство через многие астрономические единицы. Но #efaa была не так уж велика, ее масса даже приблизительно не достигала резонансной частоты, необходимой тригравископу для безошибочного функционирования.

— Названные функциональные единицы имеются в наличии. Однако названные функциональные единицы содержат некоторые изъяны.

— Проклятье! Ладно, я все равно хотела бы кое-что посмотреть. Например, оптический телескоп. Если это возможно. — Она заметила, что Тебатиманскатт направил один из своих трех глаз на проекционное устройство.

Если хорошо присмотреться, то в его выпуклых белых глазах можно было разглядеть нечто напоминающее зрачки, которые, правда, тоже были белыми.

По серому фону тянулась расплывчатая тонкая цветная пелена. Сначала Йошико не поняла, что она там видит, но потом сообразила, что, очевидно, где-то испорченный остаточный усилитель света разложил цветовой спектр какой-то далекой галактики и спроецировал его отдельные составные части на видеополе, сместив в пространственном отношении. Она потребовала, чтобы #efaa передала это расплывчатое изображение на другом фоне. Может быть, тогда удастся что-нибудь поправить. Но ее план не сработал. На расстоянии примерно десяти километров появился один-единственный блип, это был #deff. А больше ничего не изменилось. Неудивительно: ведь корабли с ЦП находились на расстоянии многих световых тазур за пределами любой солнечной системы. Здесь просто не было массы, которую мог бы обнаружить гравидар!

— А теперь, пожалуйста, радиоисточники, — попросила Йошико, впрочем, без особой надежды.

И действительно, ничего не изменилось. Йошико заложила руки за голову, а ноги положила на консоль. У нее появилась идея.

— Ева, на борту твоего коллега Дефа наверняка имеются такие же приборы. Ты можешь воспользоваться ими отсюда?

#efaa ответила утвердительно. Цветная пелена на сером фоне сменилась плотной черной. И снова на расстоянии десяти километров появился блип, но на этот раз была видна надпись: «#efaa». Данные радиотелескопа казались Йошико откровением. В направлении полета находилось несколько радиоисточников, которые Йошико сразу же определила как далекие галактики. Чтобы разложить эти данные на отдельные составляющие, понадобились бы тазуры! Но что же произошло с оптическим телескопом? Почему не было изображения из первоначального спектра? Ведь только в соединении с оптикой стала возможной детальная расшифровка всей информации!

— Магнитооптика командного модуля #deff находится в ремонте с две тысячи сотого года, — ответила #efaa на очередной вопрос Йошико.

— Она что, повреждена? Целых шестьсот язур?

— Нет, уже исправна. По причине нехватки коммуникационных дронов командный модуль #deff не располагает, однако, возможностями снова пользоваться телескопом.

Йошико засопела и сморщила нос. Потом набрала на своем инфобраслете:

— Зер? Не хочешь немного прогуляться?

Объяснив удивленному Зеру Альману, почему она хочет перебраться с помощью «АП Весельчак» на другой корабль с ЦП, она взглянула на Тебатиманскатта:

— Ты с нами?

— Иногда, Йошико Нехла, я с трудом успеваю за вашей непостижимой скоростью. Но, несмотря на это, я намерен сопровождать вас.

В отличие от посадочного туннеля #efaa туннель на #deff находился в безупречном состоянии. За исключением, пожалуй, нескольких неисправных светильников. Как и на борту первого корабля, парковочные ниши здесь тоже были не заняты. Все, за исключением одной, как с удивлением заметила Йошико, когда посадочный туннель завершил свой первый полный оборот вокруг «АП Весельчака».

— Смотри-ка, Зер! Вон там! Ты уже видел когда-нибудь такой странный космический корабль?

Зер Альман проследил глазами за ее указательным пальцем, одновременно с этим вручную выравнивая вращение «АП Весельчака», приспосабливая его к вращению посадочного туннеля.

— Выглядит как маленькая модель корабля с ЦП, — сказал он. — Цилиндр. Только знаешь что? Наш друг Деф переслал мне посадочный протокол обслуживания двадцать. И если я не ошибаюсь, мы должны занять место непосредственно в одной из этих ниш. Они здесь больше, чем на Еве?

— По идее, должны бы. Теб?

— Эти парковочные ниши длиннее на семь и одну десятую процента и больше в диаметре на девять и три десятых процента, — ответил паранид после краткого, но напряженного взгляда из окна кокпита.

— Надо же, он видит это невооруженным глазом! — язвительно заметила Йошико, хотя отлично знала, что это действительно так. Тебатиманскатт, у которого полностью отсутствовало чувство юмора, не почувствовал себя хоть как-то задетым и промолчал. — Зер, постарайся посадить «АП Весельчака» прямо перед этим странным мини-кораблем терраформеров. Мне очень хочется на него взглянуть.