„Суки. Как вы меня сейчас все бесите!“ — подумал Максим, не находя должного успокоения.

Вдруг полковник испуганно уставился на входную дверь. Из нее в ресторан вошел темноволосый парень в длинном плаще. У Песчаникова не было сомнений — это ОН!

„Но как это может быть Павел — если Павел мертв! — разразила Максима страшная мысль. — Черт! Он идет ко мне! Он ко мне идет!“

— Мама. Мама…. Мама я хочу, что б ты купила мне его… М-ма-а-а-ам! Я хочу ствол! Я хочу ствол! У папы же есть! Я тоже хочу… — закричал назойливый ребенок, задергав за рукав кофты матери.

— Заткнись, дрянь! Ты соображаешь, что где говорить!? — крикнула ему в ответ мама, обернувшись и силой откинув его руку.

„Ствол! Ствол! Мой пистолет!“ — взбудоражено вспомнил Песчаников, залезая правой рукой под полы костюма и не отводя взгляда от приближающегося Паши.

Но к его разочарованию пистолета не было в кобуре — он пропал. Максима накрыла сильная волна беспомощности.

— Здравствуй, Максим, — произнес Павел, подойдя к столу, — ты же не возражаешь, если я присяду рядом?

В ответ на это Максим попытался что-то сказать, но получились какие-то неразборчивые звуки.

— О, я так и знал. Молчание — знак согласия!

Читер присел на свободный стул и наклонился к полковнику, так что в его очках Песчаников мог рассмотреть свое напуганное лицо. В этот момент, за Пашиной спиной весело толкаясь, пробежали два парня-неформала. Они походили на что-то среднее между клоунами из цирка и подушечкой для иголок.

— Я у тебя чемодан заберу, — произнес Паша и наклонился за чемоданом у ног Максима.

Тот издал недовольное мычание, наблюдая за этой сценой.

— А ты поживешь… пока, — добавил Павел, чем оборвал недовольство полковника.

Что-то врезалось Читеру в затылок. Болезненным это ощущение он назвать не мог, но все-таки ощутимо, так словно на полном ходу в него врезалась муха. Паша потрогал затылок. Там он нащупал что-то липкое. Парень вытянул это из волос. Это был сплюснутый и влажный кусочек салфетки в виде шарика. При этом девахи напротив, начали давиться от смеха, отворачивая лица. Даже просящий у мамы „ствол“ ребенок успокоился, обратив на это внимание. Полковник, давясь мыслями и несказанными фразами, молча продолжал наблюдать за Пашей.

Павел резко обернулся назад. Неформалы за соседним столом смеялись, нагло смотря на него. У обоих в руках было по ручке с выкрученным стержнем. Паша понял: в него метнули скомканную и обслюнявленную часть салфетки с помощью „плевачки“. Это вывело его из себя. Павел вспомнил, как в школе ребята шутили над ним подобным образом. И как это обычно заканчивалось дракой, не в его пользу….

Читер резко встал из-за стола. Он хотел, было что-то сказать, но этот момент в окна ресторана ударил яркий свет с улицы.

„Это милиция. Вы окружены. Сопротивление бесполезно. Бросьте оружие и выходите с поднятыми руками!“ — раздался голос за окнами из громкоговорителя.

На лицах людей сидящих в ресторане тут же нарисовался испуг. Даже наглые неформалы заметно помрачнели, что уже порадовало Пашу.

— О! А, это за мной, наверное! — громко произнес Павел, оглядывая растерянных людей.

Он подошел к мужчине с ноутбуком, расстегивая пуговицы на плаще. Тот, приоткрыв рот, молча, следил за Пашей, подняв на него взгляд и прекратив свои переговоры. Павел подошел и наклонился к нему, одновременно поворачивая в свою сторону ноутбук.

— Надеюсь, вы не возражаете? — строго спросил Паша и вогнал правую руку почти по локоть в монитор.

Тот стал прогибаться под натиском, словно мыльный пузырь, увлекая за собой ярлыки с „рабочего стола“. Затем Пашина ладонь исчезла где-то в глубине экрана.

Ошарашенный обыватель что-то зашептал себе под нос, мотая головой, но так и ничего не ответил.

— Я так и думал. Молчание — знак согласия, — расслабленно сказал Павел и вытянул руку.

Его ладонь держала за рукоятку широкий кругловатый ствол, который медленно вытягивался из покрывшегося помехами экрана. На стволе была нарисована голова Плуто — мультипликационной собаки из серии мультфильмов Уолта-Диснея. Когда он полностью его вытащил, то другой рукой опять полез в монитор и извлек от туда маленькую металлическую коробочку. Из нее выглядывали четыре маленькие ракеты.

— А теперь последний штрих, — проронил Паша и вставил боеприпасы под углом в сорок пять градусов в основание оружия сверху почти у самой рукоятки.

Оружие, а правильнее будет сказать, — бомбомет, тихонько щелкнуло и издало затухающий писк. Павел взял обеими руками громоздкий аппарат, который больше напоминал миниатюрную пушку, и развернулся к выходу.

Люди наблюдавшие, за ним (включая остолбеневшего Максима) начинали паниковать. Девахи тихонько заныли, вжимаясь в стулья. Мать обхватила обеими руками ребенка и подтянула к себе….