Он проснулся от очередного раската грома и посмотрел за окно.

— А, черт, не снег так дождь! — выругался охранник.

Он положил на стол журнал и подошел к окну. Там бушевала непогода.

— М-м-мда, — проронил он.

Мужчина отвернулся от окна и посмотрел на электронные часы на запястье. Пять сорок семь — показывали они.

"Странно, — подумал охранник, — я так долго спал и никто меня не тревожил. Неужели ночь в городе была без жмуриков?"

Он подошел к включателю света и нажал его. Но свет в комнате так и не появился. Вместо этого молния осветила помещение.

— Черт, — вновь повторил охранник.

Мужчина подошел к старому шкафу и, открыв дверцу, достал с полки большой фонарь. Положил его в боковой карман куртки. Затем достал и подкурил сигарету. После закрыл шкаф и подошел к двери в коридор. Возле двери он остановился, делая большую затяжку.

Охранник вышел в длинный коридор, светя перед собой фонарем и дымя сигаретой. Окна были только в противоположных его концах, потому было достаточно темно. Но темнота для сотрудника этого заведения была лишь маленьким дополнением к ужасной вони формалина, которой было пропитано почти все здание.

Мужчина шел вперед. Он хотел найти электрощитовую и попробовать включить свет. Шум дождя в коридоре был сильно приглушен, только молния сверкала, словно стробоскоп в обоих его концах, отражаясь в положенных белой плиткой стенах и на полу.

Вдруг охранник услышал негромкий плач. Его сразу же сильно насторожило. Звуки плача доносились из-за толстой двери в хранилище прямо перед ним. Мужчина выкинул сигарету на пол и быстро затушил ее подошвой ботинка. Он подошел к двери и хотел крикнуть "Кто там?", но передумал. Вместо этого он достал вязку ключей из нагрудного кармана и принялся открывать тяжелую металлическую дверь, удерживая фонарь левой рукой. От каждого поворота ключа дверь громко щелкала.

Охранник, наконец, открыл замок. Он со скрипом петель распахнул дверь и устремил свет от фонаря внутрь хранилища. Луч пробежал по грязной плитке на полу и уперся в стоящую перед ним босиком с бирочкой на большом пальце правой ноги темноволосую девушку с вьющимися волосами в белой хирургической накидке. Это была Оксана! Мужчина вспомнил, что им сегодня к вечеру доставили тела погибших на кладбище подростков, одним из которых была Оксана. Еще врач ему хвастался: "Хочешь посмотреть на молодое девственное тело? Оксана зовут".

Заплаканные глаза девушки смотрели прямо на охранника. Слезы, как горошины блестели на ее щеках при свете фонаря.

— Скажите, зачем? Зачем? — говорила она навзрыд. — Зачем вокруг столько зла? Мне было так больно! Кто в этом виноват?

Оксана сложила руки на животе так, словно хотела закрыть какую-то рану и двинулась на остолбеневшего в ужасе мужчину.

Охранник выронил фонарь. Тот со стуком упал на пол, обратив помещение во мрак.

Над домами шумели боевые вертолеты.

Группа военных, держа под прицелом все, что попадалось в поле зрения, осторожно передвигалась по улице. По их каскам, надетым на большие противогазы, барабанил сильный дождь.

— Капитан, — обратился по рации один из вояк.

— Чего тебе, Серно, — ответил капитан, который находился в медленно ползущем за группой бронетранспортере перед множеством мониторов.

— В этом секторе все чисто. Никакой активности. Никаких зомби — только трупы.

— Ну что ж — трупы так трупы. Заканчивайте осмотр.

— Вас понял.

Один из военных заглянул в темное парадное, оставив ливень у себя за спиной. Он включил фонарь, закрепленный на автомате. Луч света сразу же врезался в махающую ему руку.

— Эй! Помогите! Помогите, пожалуйста! — кричал мужчина, лежащий на полу возле почтовых ящиков.

— Капитан, это Радченко. У меня тут — выживший! Что делать? — спросил военный.

— Черт, — послышалось из рации, — Соблюдай инструкции. Если не зомби — на карантин его.

— Понял, — ответил Радченко.

Военный взмахнул автоматом на мужчину и спросил:

— Как зовут?

Его вопрос прозвучал очень глухо из-за противогаза, но все равно различимо.

— Евгений, — послышался ответ хриплым голосом.

Только тут Радченко рассмотрел, что выживший тоже был военным. Мужчина медленно встал при свете фонаря.

— Как ты здесь оказался?

— Сам не знаю, — Евгений закашлялся, — Что произошло?

— Вы, что не в курсе?

— Нет.

— Где же вы были всю ночь?

— Сидел в дежурной части за компьютером. Потом ничего не помню. И вот — здесь.