Забавно. Мне приказывает мой бывший подчиненный. Впрочем, я же ушел из Ордена. Но ведь и Марвид покинул Совет!

– Покинул, – согласился учитель с моими мыслями, – но я сохранил все свои полномочия. В конце концов, я был среди тех, кто создавал Совет, и не думаю, что кому-то хватит наглости меня оттуда попросить.

Ясно. Действительно, разве можно отказаться от такого влияния? Власть – очень сильный наркотик. Что ж, я прекрасно понимаю его…

– Обижаешься?

– На что?

– На то, что я не порвал с ними все связи.

– А должен бы? – совершенно искренне удивился я.

– Нет, но ты ведь совершенно непоследовательное создание. Ты ненавидишь себя, но при этом отчаянно ищешь того, кто тебя полюбит. Ты в открытую отказался от семьи, но в то же время нуждаешься в их одобрении. Ты выбрал свой путь под влиянием сиюминутного порыва, но упрямо идешь вперед, игнорируя все возможности вернуться. И ты абсолютно не умеешь любить, но почему-то цепляешься в свои чувства, как в любимые игрушки, забывая, что сыграть чью-то роль – не значит прожить жизнь, – все это Марвид выдал, глядя на свой бокал. Кажется, его эта речь выбила из колеи гораздо сильнее чем меня. Хотя могу его понять: не каждый день приходится вываливать на Владыку, пусть и бывшего, столько горькой правды. По крайней мере, одну половину моей сути он описал очень верно. Вот только заметил ли он за сиянием этой грани – другую? Ту, что случайно увидел Мей?

– Не споришь? – легкое удивление. Марвид отрывает наконец взгляд от своего бокала и сморит на меня. Глаза в глаза. Забавно, но теперь мне не страшно встречать чей-то взгляд, потому что я знаю, больше никто не войдет в мою душу дальше, чем я сам захочу. И это успокаивает. Оказывается, иметь отражение не так уж и плохо, тем более в свете предстоящих событий.

– А надо? – я невольно улыбнулся и пригубил вино. Хм, кислит, хотя этот сорт никогда не был в числе моих любимых. Я сделал еще глоток и на мгновение закрыл глаза, позволив колючим искоркам силы пробежать по телу. Бодрит. Хотя вкус мог бы быть и получше.

Марвид молчал. Впрочем, я отчетливо чувствовал его взгляд. Он все еще ждал ответа.

– Видишь ли, все что ты сказал – правда. Я не люблю обманывать себя. Да, иногда и я ошибаюсь, но обычно нахожу в себе силы признать собственные ошибки.

– Значит?.. – как-то не слишком уверенно спросил учитель.

– Если ты имеешь в виду Рейма – отпустило. Конечно, мне пришлось потратить немало времени, чтобы это понять, но… в тех обстоятельствах мне было удобнее обманывать себя, теперь это излишне.

– И можно узнать причины, побудившие тебя расставить все по местам?

Любит же он неприятные вопросы! Впрочем, без этого своего качества он был бы не так интересен.

– Я задал себе простой вопрос. И честно ответил на него. Только и всего.

– Вопрос? Какой вопрос?

– Самый обыкновенный. Я спросил себя, зачем мне все это нужно. И получил очень странный ответ. Оказалось, что я продолжаю свои отношения с Реймом только для того, чтобы убедить себя, что люблю его. Просто так игра в любовь казалась гораздо реалистичнее. И ведь почти убедил себя!

Забавно, но сейчас, рассказывая все это существу, давно и прочно покинувшему мою жизнь, я ничего не ощущал. Отпустило. Вот так все просто.

– И что теперь?

Глупый вопрос.

– Ничего. Пока – ничего.

– Ты знаешь, а ведь Рейм приходил сегодня, но ты был несколько занят с нашей многоуважаемой целительницей…

Вот как. Оказывается, в моей очень простой истории остался неучтенным один не очень простой фактор.

– И как я, по-твоему, должен реагировать на это известие? – невольно склонив голову к плечу, я посмотрел на своего учителя.

– Тебе это безразлично, – с удивлением заметил он.

– Абсолютно, – согласился я. – Рейм очень интересная личность, по-своему привлекающая меня. Так что еще рано ставить точку в наших отношениях. Вернее, не стоит спешить сообщать ему об этом.

– Знаешь, малыш, твое стремление играть в чувства не так уж бессмысленно, – спустя несколько секунд заметил Марвид, – Не все могут оказаться готовы увидеть эту твою сторону.

Но вас это не удивляет, учитель, верно? Значит, кое-что о двуцветных вы знаете. И это приводит меня к кое-каким нелестным для вас выводам… Впрочем, это дела давно минувших дней, а я не люблю ворошить прошлое – у самого грехов хватает.

– Вам больше понравится, если я скажу, что пока не готов встретиться лицом к лицу с Пламенным Лордом?

– Если это правда – да, такой ответ меня устроит куда больше первого.

– Отчасти – правда. Думаю, вам не нужно объяснять, что я такое.

– Ты прав – не нужно. Только знаешь ли ты это сам, мальчик? Сможешь ли выделить из всех своих ликов и масок истинное лицо? Или уже забыл его за ненадобностью?

– Помню. Вернее мне напомнили, – безразличное ко всему спокойствие снова отступило в глубины моей сущности, оставив на поверхности другую половину моей личности. Собственно, поэтому и улыбка получилась слишком искренней, совершенно мне не свойственной.