– А вы кто такой?

Дивон слегка поклонился, усмехнувшись тому обстоятельству, что отец Фелисити, вероятно, впервые заметил его присутствие в библиотеке.

– Капитан Блэкстоун к вашим услугам.

– Капитан привез в Нью-Йорк меня и детей, папа.

– Вижу. – Мистер Уэнтворт надменно отодвинулся от моряка. – И все-таки, юная леди…

– К сожалению, вам придется отреагировать на мое присутствие более серьезно, чем просто «вижу», – оборвал его Дивон. – Вопрос в деньгах. – Дивон спокойно улыбался, хотя на самом деле ему хотелось как следует тряхнуть этого зарвавшегося господина, вероятно ничуть не любящего свою прелестную дочь. И все же приходилось сдерживаться, ибо на карту были поставлены его жизнь и свобода, равно как и будущее команды и корабля.

– Ваши услуги будут оплачены, молодой человек, но…

– Капитан Блэкстоун и я заключили договор, папа. Я намерена выполнить свои обязательства по нему полностью и любой ценой. Капитан привез нас сюда, пойдя на огромный, колоссальный личный риск. – Фелисити подошла к отцу ближе и впервые тронула его за рукав. – Он спас мне жизнь, папа!

Фредерик Уэнтворт медленно опустил глаза на рукав сюртука, где лежала рука дочери.

– Но ведь я уже сказал, что мы отблагодарим капитана Блэкстоуна за причиненное ему беспокойство.

– Меня устроит лишь обмен восьмисот кип хлопка на лекарства, обезболивающие средства и провиант, – твердо заявил Дивон и приготовился ждать.

Иебедия изумленно раскрыл глаза.

– Но ведь это звучит, как… – Он споткнулся, не в силах вымолвить страшную истину.

– Совершенно верно, – не мог удержаться от ухмылки Дивон. – Мой груз прямиком из мятежного Юга, и я не собираюсь вам лгать. Но верно также и то, что вы его обменяете на требуемое мной.

– Но… Но это немыслимо! Мы находимся в состоянии войны, и, кроме того, аморально иметь отношения с правительством, поддерживающим наихудшее из известных миру зол. Рабство безнравственно и всегда являлось грехом! Именно поэтому…

– Дивон освободил своих рабов! Его личное обращение с неграми – а я видела его в разных ситуациях! – совершенно безукоризненно, и в том, что сегодня Эзра, Люси и Сисси находятся здесь, есть немалая доля его заслуг. – Фелисити говорила порывисто, едва удерживая бушевавшие в груди чувства.

Однако ее речь не произвела на Иебедию никакого впечатления.

– Как вы можете защищать этого человека! Рабовладельца, как только что сами признались! Да это же чудовище, ничтожнейший из ничтожных, он…

– Вы не знаете его и не знаете положения дел на Юге! Вы никогда там не были, не видели… Ведь, правда? – Фелисити требовала немедленного ответа.

– Не был, но это еще ничего не значит и…

– Значит. – Девушка шумно перевела дыхание. – Разве вы не видите…

– Я вижу, что вы совершенно переменились, мисс Уэнтворт, – отрубил Иебедия и посмотрел на девушку долгим и значительным взглядом из-под насупленных бровей.

– С этим я соглашусь, мистер Уэбстер. Я действительно изменилась и, смею надеяться, к лучшему.

– Но любой человек, добровольно общающийся с рабовладельцем… – непримиримый взгляд проповедника обратился на Дивона, – пусть даже просто польстившийся на красоту его лица, осужден навеки гореть в геенне огненной!

Иебедия воздел руки и шагнул к Фелисити, но был тут же остановлен властной рукой капитана.

Вторая мускулистая рука схватила белую накрахмаленную манишку пастора и подняла его вверх, так что он едва касался носками туфель роскошного ковра.

– Давайте остановимся, дружище! – Хватка Дивона стала еще туже. – И не будем оскорблять дам, пугая их нелепыми угрозами о преисподней. Фелисити Уэнтворт совершила в жизни столько добра, что вам и представить невозможно!

С этими словами Дивон легонько оттолкнул пастора, и тот вынужден был прислониться к круглому столику с мраморной столешницей, чем и спас себя от позора рухнуть на пол прямо на глазах у всей публики.

– Хватит! – неожиданно раздался твердый голос Фредерика Уэнтворта, остановивший попытку раскрасневшегося, со съехавшим набок галстуком Иебедии накинуться на обидчика, бывшего вдвое его крупнее и на голову выше. – Я не намерен и дальше терпеть это безобразие в своем доме! – Тут он обратился прямо к Дивону. – Даю вам слово, что любое условие соглашения, заключенного вами с моей дочерью, будет беспрекословно выполнено.

– Но, мистер Уэнтворт, – запротестовал Иебедия, – не имеете же вы в виду, что…