Шрифт:
– Хм, - заметно стушевался лорд. Да, надо правильно уметь задавать вопросы. Вы, герцог Шеранны, явно не знакомы с трудами знаменитых риторов.
– Кто был ваш отец?
– вот это уже интереснее. И если я вновь отвечу тем же словом, это будет столь вопиющим неуважением, что может закончиться моей смертью, и потому…
– Я не знаю, - произнесла ровным тоном опять таки чистую правду.
– Мы не могли раньше встречаться?
– Определенно, нет.
– Простите мое любопытство, - извинился герцог перед принцессой, с ленивым изяществом поглощающей фрукты, - просто ваш наемник мне кого-то напоминает…
И я даже знаю, кого. Не только принцессу, но и множество других представителей высшей аристократии, в результате кровосмешения имеющих почти одинаковые лица.
Но, наложенная калька сильно смазывает впечатление, даже не затрагивая внешности, одним только характером, видом, сутью. Кстати, лорд Шеранны, почему ваши глаза опущены, а кадык нервно подергивается? Наверное, вы только что услышали нечто неожиданное и опасное для себя лично? И поэтому попытались прервать разговор или перевести его на другую тему. Не очень удачно.
– Так что вы решили, дорогая сестра?
– спрашивает принц, и на его обтянутом пергаментной кожей лице проступает хищное довольство горного кота, загнавшего добычу в угол. Но в такой ситуации даже мышь становится опасной, а уж некто, в ком течет королевская кровь…
– Не все ваши предложения мне по душе, - прошелестела верей-аали, - но некоторые из них весьма интересны, в особенности… дорогой брат, предложение твоего, она кивнула в сторону герцога, - друга.
Она произнесла это слово таким гадливым тоном, будто подразумевала совсем другое.
Прихвостень, скорее всего.
Опасливый стук в дверь прервал разговор, плавно переходящий в магическое сражение. Один из заглянувших к нам стражей едва не отпрянул назад, наткнувшись на копья напряженных взглядов обернувшихся к дверям лордов… и леди. Но поборов неподобающую охраннику робость, ужом проскользнул в Гостиную и с поклоном подал регенту свиток, перетянутый черно-золотой лентой. На лице лорда проступило удивление. Развернув лист и пробежав глазами по строчкам, он переменился в лице, тонкие брови сдвинулись, в глазах мелькнуло яростное негодование. Кадык на тонкой шее резко дернулся, будто воротник камзола стал тесен. Резко поднявшись, саи-сер едва не свалил стул. Сожалеюще склонившись к руке даже со спины выглядящей разочарованной принцессы, он произнес:
– Приношу вам искренние извинения, ваше высочество, но неотложные дела призывают меня в иное место! Все сказанное мною здесь и сейчас остается в силе…
– Ну что же, - ласково прошелестела верей-аали, - идите, мой лорд, и будьте уверены, что я не оставлю без внимания ваши слова.
Я бы не стала считать эти слова обнадеживающими! Но, видно, у регента есть другое мнение. Но что же случилось? И что лорд регент имел ввиду, какое предложение? Надо будет спросить у Грея.
Вторая часть ужина оказалась скомканной. Ни жаркое, ни фаршированная птица, ни свежайшие фрукты не заинтересовали гостей настолько, чтоб они задержались. Принц перебрасывался с принцессой ничего не значащими фразами, воспоминаниями далекого детства, смаковали последние слухи и сплетни, в общем, поддерживали ту самую разновидность светского разговора, которую я больше всего ненавидела. Ни смысла, ни толка, ни капли полезной информации я из него не извлекла. Впрочем, винить следует только себя. Не стоило так сильно сосредотачиваться на собственных ощущениях в самом начале…
Наконец принц, явно озабоченный полученными новостями, галантно распрощался с сестрой и, нервным взмахом руки велев герцогу следовать за ним, торопливо откланялся, одарив напоследок присутствующих угрожающим взглядом и призрачным шлейфом смертоносной угрозы. Граф Рилан посмотрел на нас с Греем… понятливо склонившись, мы, подобно выдрессированным слугам, проводили посетителей до дверей. Лорд Шеранны, поправляя камзол, задумчиво пробормотал, глядя куда-то вниз:
– И где же вы, Ваше высочество, взяли такого замечательного Охотника?
Проследив за направлением его взгляда, я нахмурилась и раздраженно фыркнула.
Сапоги явно не подходили к фасону придворного камзола. Пусть и начищенные, они являли собой не более и не менее, чем боевые Реанари по северной моде. Я так и не смогла расстаться с одним из удачных произведений торисского сапожника, в голенищах которых вновь покоились придающие уверенность кинжалы, перекочевавшие туда из рукавов. Пусть они не вполне соответствуют моде и не подходят по цвету, зато демонстрирует мою состоятельность как бойца.
И, раз уж принцесса, вновь пожелавшая возлечь на кушетку, не отреагировала на замечание герцога, выскажусь сама. Растянув губы в усмешке, более подобающей волку, говорю:
– Где нашли, там больше нет!
– бесстрашно встречаю взгляд темно-зеленых, затянутых белесой поволокой глаз. И это чистая правда!
Когда утихли шаги гостей, граф Новары прошелся по опустевшей гостиной, осторожно провел пальцами по высокой спинке кресла. Подцепил что-то, раздраженно кривясь.
Вынул из рукава тонкий батистовый платок, провел им по ободку бокала, из которого пил принц Леран. Склонившись в поклоне, передал его верей-аали. Приняв платок, она поднесла его к лицу, вдохнула, трепеща ноздрями. Холодно улыбнулась и кивнула.