– Ладно, постараюсь не разочаровать твоих хозяев. Я вообще-то человек мирный. – пообещал Коля. Немного помедлил и добавил – Если меня не трогать.

Дальше летели молча. Коля глядел на красную жидкость в колбе. Ее уровень падал на глазах. По зрелому размышлению Коля пришел к выводу, что это ничто иное, как показатель запасов топлива, или чем там ковер питается во время полета. После прямого вопроса самолет подтвердил его выводы.

Больше вопросов Коля не задавал. Он весь отдался ощущению полета. Ковер парил на высоте пяти-шести метров над пустыней, мягко поднимаясь и спускаясь, повторяя однообразный волнистый рельеф окружающей местности. Полет проходил совершенно бесшумно. Посторонние звуки также не нарушали тишину, и казалось, что все происходит во сне.

Ковер монотонно поднимался на гребень бархана, спускался вниз над пологим склоном с другой стороны. Затем вновь карабкался вверх по невидимым воздушным ступеням, чтобы взмыть над новым гребнем. Ощущения пилота были абсолютно новые и захватывающие, но отнюдь не неприятные. Постепенно такой метод передвижения начинал нравиться ему все больше и больше.

Но долго наслаждаться Коле не пришлось. Тренированный взгляд пилота все время возвращался к столбику красной жидкости перед ним. Уровень падал подозрительно быстро, а пейзаж вокруг оставался таким же безжизненным. Наконец, Коля не выдержал и снова обратился к ковру.

– Слушай, тебе не кажется, что мы расходуется топливо слишком быстро?

После некоторого раздумья ковер согласился.

– А нам хватит, чтобы добраться до дома?

На этот раз пауза оказалась еще длиннее. Наконец, ковер сделал неуверенное движение, что-то среднее между «да» и «нет».

– Сам сомневаешься?

Ковер без заминки показал «да».

– Что же будем делать? – Коля опять почувствовал беспокойство. Он уже было расслабился и предвкушал отдых в гостях у толстого смуглого незнакомца.

В ответ ковер неопределенно махнул сразу всеми кистями и прибавил ходу.

Они летели дальше. Столбик красной жидкости уменьшался на глазах. Приглядевшись, Коля убедился, что никакой колбы не было. Жидкость каким-то образом сама держалась вертикально в воздухе. Коля пожал плечами. Подумаешь, невидаль. Ему ли, летевшему на ковре-самолете, который к тому же еще и разговаривает со своим пассажиром, удивляться подобным мелочам.

Полет продолжался. Теперь ковер двигался ощутимо быстрее, выжимая все из остатков топлива. Впереди по-прежнему было пусто. Солнце уже перевалило через полдень и теперь светило в спину. Столбик, неведомо как державшейся в воздухе красной жидкости стремительно уменьшался. Наконец, красная полоска превратилась в большую каплю, затем исчезла совсем.

Ковер судорожно дернулся и, взмахнув напоследок кистями, словно раненная птица, рухнул на песок. Коля ожидал этого и был готов. Последние пять минут полета он не сидел по-турецки, как того предписывали правила безопасности, а поднялся на обе ноги и балансировал стоя, согнув колени. Ковер не возражал – понимал, что скоро полету наступит конец.

Таким образом, когда они рухнули с высоты пяти метров, Коля сгруппировался, и, перекатившись на бок, погасил силу удара.

– Ну что за невезуха, – пробормотал он, поднимаясь с песка и отряхиваясь. – Вторая авария за день!

Он выпрямился во весь рост и посмотрел на ковер. Тот лежал на песке, словно обычный половичок.

– Эй, дружище, ты как?

Коврик молчал.

– Ну, родненький, ты хоть кисточкой помаши! – забеспокоился Коля.

Коврик лежал неподвижно, и не проявлял ни малейших признаков жизни.

– Охохонюшки! – вздохнул Коля. – Значит, теперь ты на мне поедешь.

С этими словами Коля свернул ковер трубой, перекинул его через плечо, и пешком отправился на восток, в том же направлении, куда всего несколько минут назад так комфортабельно летел.

Идти пришлось недолго. Ковер недотянул до цели всего пару километров. Поднявшись на очередной бархан, Коля увидел впереди оазис. В самом центре зеленого островка светился мраморной белизной стен и сверкал позолотой куполов огромный восточный дворец. Испустив радостный вопль, Коля припустил бегом по склону бархана. Благо экономить силы уже не было необходимости.

Чем ближе Коля подходил к дворцу, тем выше тот становился, тем лучше было видно его по варварски роскошное великолепие. Крепостные стены из красного и черного гранита окружали дворец с четырех сторон. За ними виднелись солидные постройки из белого мрамора. Позолоченные крыши блестели под ярким солнцем.

Рядом с дворцом, на берегу небольшого озера росла пальмовая роща. По другую сторону озера раскинулись лоскутные поля огородов и бахчей. В отдалении возвышалось темное строение, огороженное высокой глухой стеной, но построенное без роскоши, которой отличался дворец. Внутри строения что-то глухо урчало и ухало. Из-за стен поднимался густой водяной пар. Строение и замок соединяла неширокая, но наезженная пыльная дорога.

Коля подошел к тяжелым массивным воротам из темного дерева, украшенным резьбой и серебренными гравированными пластинами.