– Павел Иванович, вы в США уже не один год. Изменила ли эта страна ваши взгляды на жизнь и политические убеждения? Много ли в сегодняшнем Лазаренко осталось от того человека, который вместе с «Громадой» победил на парламентских выборах 1998года?

– С самого начала хотел бы передать самые добрые пожелания всем читателям «Комсомолки». Знаете, ваша первоапрельская шутка насчет моего возвращения в Украину не просто взбудоражила людей, но и заставила многих поверить в мой приезд на родину, как в свершившийся факт. К сожалению, до этого пока еще далеко. Да и в моей ситуации, когда в США продолжаются судебные слушания, даже неэтично говорить о каких-то сроках возможного возвращения. Но я надеюсь, что это произойдет, и довольно-таки скоро. Отвечая же непосредственно на поставленный вами вопрос, скажу, что вряд ли я значительно изменился за эти, прожитые в Соединенных Штатах, шесть лет. Все-таки я жил все это время одной мечтой - скорейшего возвращения на родину. И это, бесспорно, наложило свой отпечаток.

Я всегда стремился понять психологию открытого демократичного американского общества, но при этом даже и не пытался в него интегрироваться, стать его частью. Я благодарен Соединенным Штатам потому, что эта страна защитила меня от произвола прежних украинских властей. Она дважды спасла меня от угрозы физического устранения, подготовленного режимом Кучмы. США - это страна с таким высоким уровнем независимой судебной власти, где никакое давление Генпрокуратуры Украины, фальсификация так называемого «дела Лазаренко», навешивание грязных ярлыков и даже бредовых обвинений меня в заказных убийствах не смогли существенно повлиять на суд Северного округа штата Калифорния, где и сегодня рассматривается мое дело.

Поэтому я до сих пор не сломлен. Несправедливость по отношению ко мне прежней украинской власти не столько ожесточила меня, сколько еще больше утвердила в правоте моих убеждений.

– Неужели за шесть лет вашего изгнания не возникало желания отомстить?

Месть - это удел слабых, неспособных постоять за себя людей. Я же уверен, что скоро справедливость восторжествует, и такие личности, как экс-президент Кучма, бывший генпрокурор Потебенько со своим заместителем Обиходом, организовавшие уголовное преследование меня по сфабрикованным ими же обвинениям, понесут заслуженное наказание в соответствии с требованиями украинского законодательства.

Вы знаете, что партия «Громада», которую я возглавляю, по требованию тысяч моих единомышленников подала судебный иск с целью привлечения Кучмы и его пособников к уголовной ответственности. Мои соратники предоставили Генеральной прокуратуре Украины десятки фактов преступной деятельности по фальсификации уголовных дел, пыткам и преследованию лидеров оппозиции, грубому давлению на народных депутатов Украины при помощи силовых структур. Это будет показательный судебный процесс над криминальным режимом Кучмы, и я уверен, что я этот процесс выиграю.

– Даже и без ваших комментариев еще год назад в украинской прессе уже звучали сомнения насчет обвинений, выдвинутых против вас прокурором Васильевым о причастности к убийству Щербаня и Гетьмана. Об этом писало, например, интернет-издание «Обком». И все-таки хотелось бы выяснить, что вы сами думаете об этих обвинениях?

– Я уже не раз заявлял, что все эти обвинения были сфабрикованы ради одной цели - создать образ Лазаренко как человека, приближенного к криминалитету, а потом организовать его физическое устранения под видом каких-то разборок в бизнесе. План разработан в лучших традициях режима Кучмы. Подобным методом в Украине был устранен не один влиятельный бизнесмен и политик.

Знаю, что Кучма никак не мог остановиться и после того, как уже я оказался в США. В середине августа 2000 года по каналам ФБР пришла информация о том, что украинские власти собираются меня уничтожить. Мне сказали, что для этого наняли киллера, которого собирались подсадить ко мне в тюремную камеру. Мою жизнь спасли только оперативное вмешательство американской прокуратуры и почти полугодичная изоляция.

Что же касается непосредственно убийств народных депутатов Вадима Гетьмана и Евгения Щербаня, то исчерпывающий ответ на этот вопрос содержится в записях майора Мельниченко. Там четко слышно, как в президентском кабинете Кучмы Генеральный прокурор Потебенько предлагает убийство известных деятелей Щербаня и Гетьмана «повесить» на Павла Лазаренко, мол, «…давай ему предъявим. Таких дел в Америке особенно не любят». Президент Украины цинично соглашается: «…Действуйте, как раз через две недели в Киев приезжает Клинтон». Таким образом они пытались добиться от американских властей моей экстрадиции в Украину, где они смогли бы меня в скором времени уничтожить физически.

– Поддерживаете ли вы контакты с украинской прокуратурой? Не поднимался ли еще вопрос о том, чтобы закрыть уголовные дела, возбужденные против вас?

– Американские адвокаты и юристы, представляющие мои интересы в Украине, на протяжении пяти лет неоднократно обращались с различного рода вопросами в Генпрокуратуру Украины, требовали прекратить противоправные действия по разглашению тайны досудебного следствия, настаивали на соблюдении принципа презумпции невиновности. И все без толку… Власть демонстративно игнорировала любые законные требования моих представителей.

Но в феврале 2005 года лед тронулся: Шевченковский суд Киева полностью удовлетворил иск моих адвокатов к телеканалу «Интер» и Генеральной прокуратуре Украины о признании недостоверной информации, прозвучавшей в фильме «Настоящий детектив». Авторы этого фильма пытались навязать телезрителям мнение о якобы моей причастности к заказным убийствам Щербаня и Гетьмана. В ходе судебного разбирательства выяснился вопиющий факт: оказывается, Генпрокуратура заказала, а потом и оплатила производство этого сфальсифицированного телефильма из государственного бюджета Украины?! Из бюджета, с таким трудом создаваемого украинским налогоплательщиком.