Олег рисковал. Сильно рисковал. Если бессмертная сейчас решит, что вполне обойдётся дальше и без его помощи, он проиграл. Но если нет….

— Что нужно сделать, чтобы ты смог оставить своё любимое кресло и отправился со мной вниз, на планету? Землянин понял, что достиг своей цели. Однако своей радости не выдал.

— Мне нужно офицально завербоваться на какую-нибудь корабль в качестве…. Кстати, насколько мне известно, у тебя на корабле нет ни одного навигатора. Ты можешь нанять меня на свой корабль в качестве штурмана!

— Очень странное предложение! И откуда у тебя такая информация? Я никому не говорила о том, что на судно требуется навигатор.

— Зачем слова? Есть твой запрос на двух опытных штурманов. И есть информация, что корабль, на котором эти два специалиста летели к месту назначения, взорвался — по неизвестным причинам. Не нужно иметь семи пядей во лбу….

— Ну, хорошо! Предположим, у меня на борту космолёта есть вакантное место помощника навигатора. А ты уверен, что как только необходимая информация окажется у меня, я не разорву наши отношения?

— Разумеется, нет. Поэтому в дополнение к запросу на мою кандидатуру ты лично дашь мне слово, что не разорвёшь со мной контракта без моего письменного согласия.

— И в каком же случае я смогу получить его — твоё письменное согласие?

— В случае, если ты вернёшь меня к моему учителю, в Город Богов.

— Ну, что же…. Мои аплодисменты тебе, землянин! Ты сделал сильный ход! Браво! Хорошо, пусть будет всё так, как ты сказал только что. С этого момента ты завербован на моё судно в качестве помощника навигатора без ограничения срока действия контракта. И я даю тебе слово, что не расторгну наш договор в одностороннем порядке, до тех пор, пока ты сам не изъявишь такого желания и пока существует яхта, на которую ты нанят. Она подняла правую руку, потом коснулась запястья левой руки.

Олег посмотрел в свой планшет, внимательно прочитал весь текст его контракта, проявившийся в нём, удовлетворённо хмыкнул.

— Размер жалования даже выше того, которое у меня был здесь!

— Не нужно удивляться так искусственно! — урезонила его Дита, — Ты же отлично знаешь, что главным условием найма в другое место является более высокое вознаграждение, чем то, которое специалист получал на предыдущем месте работы. Оно должно быть выше не менее чем на десять процентов. Я думаю, все формальности соблюдены и мы можем прямо сейчас отправиться к подъёмной шахте? Или у тебя есть ещё какие-то пожелания? Олег на секунду замолчал.

Невинный внешне вопрос мог таить скрытые ловушки. Действовать, поэтому, нужно было очень осмотрительно.

— Пожеланий — нет! Есть просьба. Я могу забрать из каюты свои личные вещи?

— Сообщи номер своих апартаментов и код доступа, я пошлю туда кого-нибудь из своего экипажа. Они заберут всё, что там есть. А мы не будем терять времени. Хорошо?

— Хорошо! — скрепя сердце согласился Олег.

Когда за дверью Дита не обнаружила своих курсантов, она не смогла скрыть удивления. Драк и богомолка, в отличие от «непутёвого» Заречнева никогда не нарушали её прямых приказов.

Значит, что-то случилась. — решила она. Дита по очереди вызвала Машу и Ар'рахха, но их коммуникаторы молчали. Она вошла на связь со своим кораблём, приказала вывести на её коммуникатор биологические параметры отсутствующих рекрутов. Данные появились сразу же и они свидетельствовали о том, что оба живы. Пульс и давление у них были чуть ниже нормы.

«Спят, что ли?» — размышляла элойка, внимательно изучая информацию, высветившуюся на её запястье. — «Неужели всё-таки оставили пост и самовольно отправились на корабль? Что, все мои «драконовские» меры по укреплению дисциплины так и не принесли плодов? Нет, здесь что-то не то…. Почему-то я никак не могу определить их точное местоположение. Как будто кто-то сознательно искажает сигнал, исходящий от моих курсантов, или они очень далеко от этого места. Ладно, разберусь с этим позже. Нужно «ковать железо», пока оно горячо. Поспешим-ка мы к лифту».

Первый пилот Звёздной Академии Паршин уже спал, когда рядом с головой человека тоненько запищал сигнал вызова. Демьян открыл глаза, вытащил руку из-под одеяла, глянул на часы. Поспать удалось всего час. «Опять что-то стряслось». — недовольно подумал он, вспомнив, что строго-настрого приказал курсантам не беспокоить его в ближайшие восемь часов. После бессонных двух суток, проведённых в рубке безвылазно, он имел на это право. Паршин повернулся, коснулся коммуникатора. На связи была Дита.

— Прости, Демьян, я знаю — ты не спал несколько суток кряду. Но ситуация чрезвычайная. У меня здесь, в трубе, пропали два курсанта. Телеметрия показывает — оба живы, но почему-то спят. А может — без сознания. Местоположение определить тоже не могу. Нужно срочно организовать поиски. Возглавишь?

— Разве у меня есть выбор? Конечно! — пробурчал Демьян, с трудом принимая вертикальное положение. — Сейчас только ополоснусь под душем… Через десять минут буду в рубке!

— Хорошо! Я прикажу, чтобы все остальные собрались там же через восемь минут.

Демьян грузно сел на своё рабочее место — в кресло первого пилота корабля, тяжёлым взглядом обвёл курсантов. Пятьдесят часов без сна давали знать — мозг категорически отказывался работать, даже слова удавалось произносить с большим трудом.