"Не крыса", - машинально отметила она, опускаясь на корточки.

Зверек тряс длинным лысым с мохнатой кисточкой на конце хвостом и поджимал его передними лапками, всем своим видом показывая (и объясняя при помощи звуков), что именно на этот многострадальный хвост и угораздило встать Занилу, разбудив его, такого безобидного и совершенно мирно спавшего.

– Что же ты его по дороге разложил?
– проговорила она.
– И вообще, по-моему, он для тебя длинноват.

– Кор-р-р-р, - и "щелк-щелк-щелк-щелк" на конце. Зверек похоже перестал обижаться на Занилу, потому что опустился на все четыре лапы и, смешно подскакивая на задних, приблизился к Заниле. Мордочка вытянулась вперед, и сплошь темно-фиолетовые выпуклые глаза принялись внимательно изучать маленькую рабыню. Занила тоже смогла рассмотреть странное существо.

Поднявшись на задние лапки, зверек оказывался два тефаха [Тефах - мера длины, равная ширине ладони, то есть примерно 7,4 см.] в высоту, а хвост был чуть ли не в два раза длиннее. Еще менее пропорциональными казались треугольные кожистые уши (тоже с кисточками на кончиках), расположенные по бокам головы. Правда животное постоянно отводило их назад, словно к чему-то прислушиваясь, но зато когда оно их разворачивало, оказывалось, что они чуть ли не больше самой головы! На мордочке, чуть ниже упомянутых фиолетовых круглых глаз, имелся крошечный сморщенный носик с подвижным темно-серым кончиком. Сейчас, когда зверек немного успокоился, зубы больше не были видны, но их, тоже несколько великоватых для такой малютки, Занила уже успела разглядеть. Кроме зубов хищника в зверьке выдавали еще и длинные изогнутые темно-серые когти на лапах, заканчивавшихся ладошками с почти по-человечески подвижными пальчиками. Сразу становилось понятно, почему он сидел на задних лапах: очевидно передние вполне были способны хватать что-нибудь. Голова, спина и внешняя сторона лапок были покрыты мохнатой серо-бурой шерсткой, а выпуклый животик был таким же лысым, как и тонкий хвост.

– Ну, ты и чудовище!
– усмехнулась Занила, зверек возмущенно защелкал.
– А, ты хочешь сказать, что я и сама не лучше!
– перевела девочка.
– Вон какая здоровая вымахала, да еще лохмы странные белые на голове, - Занила убрала руку от щиколотки, ранка на которой уже успела затянуться, и вытерла перепачканную кровью ладонь о влажный подол платья. А потом, сама не понимая, что делает, протянула руку к зверьку. Как ни странно тот не вцепился в нее зубами и не отскочил прочь. Кожистые лапки с длинными коготками осторожно ухватили указательный палец, а подвижная мордочка вытянулась вперед. Нос зашевелился, обнюхивая и изучая, потом зверек так же аккуратно, не задев кожи когтями, отпустил руку.

Занила поднялась на ноги и потерла ладонь о платье, все еще ощущая прикосновение кожистых лапок. Боги, что же она делает?! Ведь этот не в меру зубастый звереныш сейчас легко мог оставить ее без пальца!

– Кор-р-р-р. Щелк-щелк-щелк-щелк, - раздалось на этот раз возле самых ее ног. Зверек смотрел на Занилу с явным недоумением на сморщенной мордочке. В его темно-фиолетовых глазах, не разделенных на зрачок и радужку, не было страха, и уж тем более никакой агрессии! Заниле вдруг захотелось опуститься на корточки и погладить мохнатую жесткую шерстку на спине и между подвижными ушами.

Погладить? Прикоснуться? Кажется, Занила это уже проходила. Только на этот раз укусили ее без ее разрешения. В смысле, в прошлые разы ее не кусали вовсе, кровью она делилась сама.

Занила скользнула на другой уровень зрения (И когда у нее так легко начало это получаться?) и замерла, увидев то, чего совсем не ожидала. В первый раз у другого существа она видела такой же светящийся кружевной каркас внутри тела, какой был у нее самой. Он был совсем бледный, рыжего цвета и намного белее простой, всего несколько нитей, но факт оставался фактом: ни у других людей, ни у животных, ни тем более у растений она не встречала ничего подобного! И конечно же по нитям силы медленно разливался сгусток серебра! Он был совсем крошечным (много ли крови досталось зверьку в момент укуса?) и скоро должен был вовсе раствориться в рыжеватом кружеве животного, но он был.

Занила всплыла на привычный уровень зрения и еще раз окинула зверька взглядом. Развернуться бы сейчас и просто уйти прочь, забыв о том, что произошло, оставив частичку собственной силы жить своей жизнью, не разгадав загадку кружева этого странного существа...

Занила опустилась на корточки и протянула зверьку руки.

– Кор-р-р-р. Щелк-щелк-щелк-щелк, - кожистые лапки доверчиво уцепились за ее пальцы, позволяя поднять себя в воздух.

– Вот так я и буду тебя звать.

Улица, на которую вышла Занила после рынка, вновь пошла вниз. А ей уже казалось, что она должна была быть где-то в районе порта. Какой, оказывается, большой город - Догата!

Левым плечом и шеей Занила ощущала живое тепло. Именно там, зарывшись в волосы, устроился звереныш, названый Кором. Когда Занила взяла его на руки, оказалось, что его шерстка вовсе не жесткая, а наоборот очень мягкая и пушистая и довольно длинная. Зверек, наверное пытаясь согреться, распушил ее, и когда Занила зарылась в нее пальцами, обнаружила, что Кор на самом деле даже еще меньше, чем выглядит. Его шерстка после ночевки в ботве была грязновата. Да впрочем и для самой маленькой рабыни спуск в овраг не прошел бесследно, поэтому она без колебаний прижала его к себе. Но сидеть на руках зверек не захотел: плечо приглянулось ему гораздо больше. Повозившись и чуть напрочь не запутавшись в волосах Занилы, он наконец-то устроился там и затих, обвив тонким длинным хвостом ее шею поверх ошейника.

Занила не знала, сколько времени она уже шла. Луны на небе по-прежнему не было видно, светает зимой в Салеве только поздним утром, а сейчас ночь была все такой же темной, как и когда она вышла за пределы школы.

На дорогу перед Занилой, отделившись от стены дома, вышел темный силуэт. Занила вздрогнула от неожиданности и остановилась, огляделась по сторонам, пытаясь найти укрытие, но было уже поздно. До мужчины оставалась еще дюжина шагов, и на ночной улице это было не так уж и мало, но мужчина заметил ее и шагнул ей на встречу. Он заметил ее раньше, чем она его, а это значит, что загородил он ей дорогу отнюдь не случайно. Занила замерла, готовая в любой момент развернуться и броситься бежать прочь. Даже рабыня, не выходившая за пределов школы знала: от прохожих на ночных улицах припортового района лучше держаться подальше, даже если ты беднее последнего нищего. Словно почувствовав ее страх, Кор на ее шее напрягся, вцепившись коготками в воротник платья.