Быть полностью животным нехорошо: и быть целиком ангелическим так же нехорошо, потому, что мы сделаны с телом животного, которое нуждается в еде, питье и сне и чьи чувства имеют тысячи нужд. Нам следует сохранять те животные атрибуты, что безвредны и отказаться от тех, что вредны. Есть не плохо и пить не плохо, но хватать еду с чужой тарелки, когда мы уже имеем еду на своей собственной, вот что плохо.

Центральная тема жизни Суфиев - свобода души. Как говорит великий персидский, суфийский поэт Руми: “Душа на земле в тюрьме, и она останется там, пока она живет на земле”. Человек может или не может понимать это, но есть глубокое томление в каждой душе: подняться над этим заточением, сбежать из этого плена, и ответ этому томлению - духовное достижение.

Существуют два вида суфиев: один называется Ринд, а другой Салик. Вид который называется Ринд очень хорошо выражен в переводах Фицджеральда из Хайяма: “О мой Возлюбленный! Наполни чашу, которая сегодня очистит от сожалений прошлого и будущих слез. Поэтому завтра я может быть стану собой, со вчерашними семью тысячами лет!” Здесь он имеет в виду сделай лучшим теперешний миг и если ты живешь в этом мгновении, именно сейчас ты можешь ясно увидеть вечность. Но если ты удерживаешь мир прошлого или мир будущего перед собой, ты живешь не в вечности, но в ограниченном мире. Другими словами: живи не в прошлом и не в будущем, но в вечности. Теперь, мы должны попытаться открыть то счастье, которое должно быть найдено в свободной душе.

Это центральная тема всех великих поэтов, которую можно назвать Ринд. Их жизни не связанны так называемыми принципами подобными ортодоксальным. Они свободны от всякого рода предубеждений, догм и принципов довлеющих над человечеством. В то же время это люди высоких идеалов и великой морали, глубоких размышлений и сильно продвинутые в осознании. Они живут свободной жизнью в этом мире заточения, где каждое существо пленник.

Затем есть среди Суфиев - “Салик”, те кто учатся и медитируют, размышляют над этикой, и живут соответственно определенным принципам. Жизнь учит их и ведет по правильному пути и они живут жизнью смирения и отречения. Путь “Салика” - это понимать любую религию, которая может иметься у человека, но следовать ей со своей собственной точки зрения. Путь Салика использует религиозную терминологию, как это делают ортодоксы, и они посещают те же церемонии: но для него они значат другое. Так каждая линия в священных писаниях имеет особое значение для Салика, он видит ее в особом свете.

Высочайшие и более неуловимые мысли о Боге, человеке и жизни, могут быть поняты только в соответствии с эволюцией человека и поэтому естественно, что суфии, называемые “Салик”, принимают религиозную форму сперва для того, чтобы быть в гармонии с другими людьми: и после они толкуют истинную мудрость, находя ее в религии.

Большинство суфийской литературы написано таким образом, что тот, кто не знает внутреннего, лежащего в основе смысла, был бы очень удивлен. Если мы возьмем поэмы Хафиза, мы заметим, что имя Бога едва упоминается в большинстве из них. Если мы возьмем стихи Омара Хайяма, которые так высоко ценятся в западном мире, мы увидим, что он всегда говорит о вине, о Возлюбленном, о кубке, об одиночестве. Человек может сказать: “Что же здесь за духовность? Он не говорит ни о чем, кроме, как о вине и кубке. Если бы это было духовно, это было бы очень печально для человечества, действительно в этих стихах мало выражения преданности. В поэмах Джами нет выражения преданности вовсе; или в поэмах сотни других суфийских поэтов, которые считаются, великими мудрецами и мистиками. Они боялись, что однажды получив имя “духовного существа”они всегда будут желать представляться, как “духовный человек”, выглядеть как “духовный человек”, говорить как “духовный человек” и они боялись, что их пути, их свобода будут потеряны и их будут считать лицемерами.

На Востоке есть три принципиальные школы философского мышления: Суфизм, Ведантизм и Буддизм. Суфийская школа считала пророками Бени Израэля: Авраама, Моисея, Давида, Иону и других: Заратустру, Христа, Мухаммада; эти и другие пророки происходят с той части света которая включает в себя Сирию, Аравию, Персию, Египет и теперь Турцию и Юго-Восток России.

Суфизм - древняя школа мудрости и успокоения, он был источником многих культов с мистической и философской природой. Корни этого могут быть отслежены в школе, которая существовала в Египте и которая была источником всех появившихся эзотерических школ.

Суфизм всегда представлен как школа и, работая, он достигает царства умиротворения. Из этой школы суфизма происходят четыре школы: первая - Накшбанди, работа которой в основным с символизмом, ритуалом и церемонией. Вторая - Кадири, которая видит мудрость с царстве религий Ислама на Востоке. Третья - Сухраварди, которая мыслит мистерию жизни в познании метафизики и практике самоконтроля. Четвертая Чишти, которая представляет свой духовный идеал в царстве поэзии и музыки. Из этих школ распространилось множество ветвей, далее в Аравию, Турцию, Палестину, Татарию, Русский Туркестан, Бухару, Афганистан, Индию, Сибирь и другие части Азии.

В различных школах идеал остается тем же даже если методы варьируются. Основной идеал каждой суфийской школы - достигнуть совершенства, о котором Иисус Христос размышлял в Библии: “Будьте совершенны, как Отец ваш Небесный”. Методом суфиев всегда было стирание “себя” или “Я”. Но какого “Я”? Не реального, а ложного “Я”, от которого человек зависит и которым он сам гордится, как существом каким-то особым, и стиранием этого фальшивого “Я” он признает, что реальное “Я” проявляется в мире. Так что суфийский метод работы направлен на разворачивание души, которая есть “Я”, которая вечна и которой принадлежат вся сила и красота.

Суфизм понимает так, что за Ахура Мазда и Ариманом, божественный принцип и принцип зла. Некто найдет в словах Христа и в Коране его, с тем же успехом что и в Зенд Авесте. Он понимается в том, что стоит за идеей ангелов. И он идеализирует Бога и Мастера передающего божественное послание. Он может называться Иудейским мистицизмом без предубеждения, влияющим на христианство. Он может называться мудростью христиан, без пренебрежения к мудрости Ислама, который основывался в нем. Его можно назвать эзотерической стороной Ислама без пренебрежения к влиянию философий, как иностранных так Веданты и Буддизма. Он отчетлив, поэтому он так широк, превосходен и удивителен.