Неравенство росло — но "борьба за равенство" стала означать борьбу загорелых геев за загс. Индейцев и африканцев продолжали грабить в их тропических лесах — но прогрессисты теперь впрягались только за леса. От социальной чумы — туберкулёза — продолжили загибаться миллионы, но Чумой Века объявили дискотечную болезнь СПИД. Величайшим певцом современности стал танцор Майкл Джексон, летающий над сценою и живущий на питерпэновской даче Neverland.

Где-то ученые продолжали воевать с саранчою за урожай. Где-то бомбили города. В реальности продолжалась все та же потная и кровавая история, но ее тупо перестали замечать.

Чтобы Человечество случайно не освободилось от гипноза, враги создали фальшивый идеал Свободного Человека. Им стал мелкий клерк, таящий в себе пластичного короля вечеринок. Его главной добродетелью было признано умение оттягиваться в пятницу и не отсвечивать во все прочие дни. Так были выведены козлопэны, быстро освоившие сальсу, румбу и капоэйру, читающие мудрые книги Коэльо — не знающие точно, с кем сейчас воюет их страна и что такое прибавочная стоимость.

Единственным талантом козлопэнов является воинствующая безвредность. Они легко левитируют над грубой бытовухою, танцуют до утра, выполняют несложную работу и требуют лишь, чтобы их не напрягали. Их идеал отброшен в какой-то темный индуизм, в котором боги и святые, отрешившись от косного мира, пляшут и левитируют — и чем больше пляшут, тем они свободнее. Какая связь между плясками и свободой, Космосу неизвестно — но эту идею упорно разрабатывают агитационные фильмы и клипы вот уже несколько десятилетий.

До недавнего времени эта антиутопия успешно функционировала: куча нерешенных проблем и сотня миллионов ритмически сокращающихся ненужных служащих на танцполе. Однако сейчас кризис, Майкл Джексон умер, и козлопэнам тоже нездоровится. Освоившие массу невесомых специальностей в т. н. «проектах» особи от 18 до 45 лет лишаются кормовой базы. От этого они теряют былую легкость и начинают осторожно сползать по крышам, стремясь найти себе "надежных женщин" и прочие тихие гавани. Не имея от природы ни самолюбия, ни амбиций, козлопэны даже не требуют, чтобы их любили: им достаточно, чтобы их милостиво не замечали. Гавани сопротивляются как могут — но силы неравны.

Важно понять, что козлопэны вовсе не побеждены. Затаившись, они вполне могут пережить кризис и взяться за старое, маскируя своим жужжанием настоящие вопли мира — и в этом их главная опасность.

…Космос верит, что козлопэнов возможно расколдовать и вернуть в человеческое состояние. Как ни парадоксально, здесь снова выручит трудотерапия. Место в колхозе им. маршала Баграмяна, как обычно, найдется. Кстати, в ДК там есть рояль.

В последние дни Истинный Учитель Истины (то есть я) крайне заинтересовался вопросом нормальности. Толчком к этому послужил визит группы молодых людей под руководством яростно причесанного мужчины, чью крайнюю упитанность подчеркивала свободная рубашка, призванная скрывать упитанность. Гости оказались учебной группой по решению коммуникативных проблем.

— А вот объясните людям, вот они на вас все смотрят — че это вы учите жизни, а у самого дом без лифта? — еще переводя дух, спросил предводитель. — Вы в своем блоге наезжаете на тренинги, а почему? Вас в эфир не пускают, да? А я вот тренер, и у меня двадцать пять эфиров…

На этом месте я внушил мужчине, будто он только что поправился на два кило и все это заметили. Тренер тут же сбежал с воем. Временно обратив аудиторию в карликовых опоссумов и прикрыв форточку, я налил кофе и задумался.

Мужчина, хоть и привел публику для показательного выступления, был явно движим более глубинным мотивом. Достав из стола счетчик Гигера, безошибочно улавливающий влияния чужих цивилизаций, я установил в кабинете сильнейшую телерадиоактивность. Мне все стало ясно: убежавший с воем тренер был буквально-таки одержим манией уличия. Это расстройство является одним из основных симптомов телерадиационного заражения, и о нем стоит рассказать поподробнее.

Телерадиацию придумали, само собою, Внеземные Цивилизации — в рамках своей магистральной политики по дезориентации и моральному опусканию Человечества. Их мишенью в данном случае стала нормальность, то есть сама возможность для отдельного землянина ощущать себя приличным человеком на своем месте.

Как ни странно, на момент первых инопланетных пси-бомбардировок в 1960-х годах у жителя продвинутых стран был куда больший шанс на нормальность, чем у современника. В то время еще было общепринятым представление, что впереди ожидает будущее — и оно делало осмысленным едва ли не каждую жизнь. Строитель строил это будущее, водитель возил это будущее, учитель и врач — учили и лечили это будущее. Милиционер очищал его от шелухи прошлого, и даже шудры честного труда — продавщицы саратовских и алабамских сельпо — с известной натяжкой могли убедить себя, что занимаются нормальным, необходимым для будущего делом. Неслучайно одинаково симпатичный и вменяемый мир завтрашнего дня изображался в "Стар треке" и "Туманности Андромеды" по разные стороны Атлантики.

Но будущее, как я уже упоминал, было в результате инопланетной интервенции дискредитировано и отменено. Человечеству внушили, что впереди у нас вовсе не звездные перелеты, а конец нефти, экологическая катастрофа и вырубленные леса. Расправившись таким образом с будущим, инопланетяне смертельно ранили и второго зайца — человеческую нормальность, существовавшую только в расчете на общее светлое завтра. В итоге нормальность подменили чемпионством. Оказалось, что полноценны не 95 % людей, родившихся там, где пришлось и работающих там, куда взяли — а биографические аристократы.