…Всем известно, что враждебные Внеземные Цивилизации спят и видят Человечество посмешищем галактических масштабов. Они изобретают и внедряют всё новые подделки под человеческие достижения, чтобы окончательно лишить смысла наше существование. Для борьбы с великой ценностью рода людского — искусством — они придумали и распространили так называемый фишкинг.

Разница между искусством и фишкингом вполне очевидна. Искусство всегда было плодом мастерства и души, жаждущей выразить что-то очень, очень важное. Если творил гений, произведение его искусства становилось великим. Если гением творец не был, но работал на совесть, — произведение всё же охотно смотрели в театрах или вешали на стену.

Не таков фишкинг. Суть его в том, что вместо произведений души и мастерства люди, считающие себя деятелями искусства, стали упаковывать и продавать т. н. «фишки» или «мульки» — то есть обычные неожиданности. Этот род произведений действует так же, как анекдот или внезапная хлопушка перед носом: человек смеется либо подпрыгивает на месте. "Есть отклик, есть реакция" — довольно констатируют фишкисты и начинают думать, с чем бы еще засесть в засаде на беспечного зрителя.

Пагубная мода выдавать неожиданности за идеи распространилась в последнее столетие по всему Земному шару, и мы можем наблюдать ее последствия во всей красе. Принцип "подкараулить и удивить" стал главным движущим принципом масс-культуры. Из рояля вылезает внезапная балерина, и это называется песней. Простой рассказ о простых людях неожиданно завершается свальным грехом с трупами, и это называется литературой.

Фишкинг бывает что глупым, что крайне интеллектуальным — оставаясь все той же гнусной подделкой под искусство. Режиссер "не для всех", заставляющий своих персонажей внезапно съедать друг друга заживо — делает ровно то же, что режиссер, ставящий певцов на коньки. Возможно, он даже хуже — потому что отчаявшиеся люди начинают верить, будто во внезапном, беспричинном поедании героя интеллектуальное искусство и состоит.

Фишкинг опасен тем, что прогоняет из нашего досуга чувство и смысл. Обработанное фишками сознание, подобно героинщику, начинает ждать от любого искусства прежде всего физиологического воздействия: испуга, эрекции, хохота или отвращения (ибо «подсесть» можно на любое сильное ощущение). Такое сознание остается диким и вскоре теряет способность по-настоящему сопереживать — а в сопереживании и был смысл искусства настоящего.

В результате мы живем при тоталитарной диктатуре фишкинга. Сегодня тем, кто желает по-старинке выразить что-то очень, очень важное, трудясь над этим долго и кропотливо — приходится нацеплять на свое произведение перья и блёстки, маскируя его под фрика. В мире победившего фишкинга проповедь вынужденно начинают с наркоманского анекдота, а оперу «Фауст» — со сцены орального секса. Космосу страшно даже представить, чем всё это закончится, если фишкистам не давать по шаловливым рукам.

…Я не стал подписываться в защиту членов арт-группы. Наоборот, я послал Н.Кудрявцева собирать подписи за то, чтобы подвергнуть их публичной порке.

Минувшие выходные Истинный Учитель Истины (то есть я) провёл с пользой: установил домашнюю обсерваторию, выиграл крупную сумму на погодном тотализаторе, обнаружил в Сети фанатское творчество под своим именем и, наконец, диагностировал новый инопланетный вирус.

Толчком к открытию послужил визит молодого человека лет тридцати пяти, обозревателя нескольких московских изданий. Придирчиво изучив мой бар, он выбрал двадцатилетний армянский коньяк, присел, бережно закинул ногу на ногу и мрачно спросил:

— Вас не пугает наступление массового лохокульта?

— Какого? — поинтересовался я и откусил от белого шоколадного ёжика.

— Я имею в виду всеобщее упрощение на экранах и в книжных магазинах. Сейчас публике впаривают лишь бы что попроще. Нас с вами давят с двух сторон — государственная установка на псевдо-оптимизм и рыночная установка на воспитание нерассуждающего потребителя. Они пытаются внушить нам, что всё хорошо! Идёт сознательная политика изоляции самостоятельно думающих, способных производить новые смыслы людей — я имею в виду прослойку, обладающую критическим взглядом на…

— Вы, голубчик, написали добрую, умную, правдивую книжку? — полюбопытствовал я. — Несите, я ее издам за свой счет.

— Ну зачем сразу. — обиделся гость. — Я про тенденцию. Сейчас всячески истребляется критический взгляд на…

На этом месте я метнул в молодого человека замораживающее заклинание, чтобы немного подумать и проконсультироваться по телефону с проф. Инъязовым. Он подтвердил мои подозрения: молодой человек оказался инфицирован штаммом мозгового дезертирства, выведенным Инопланетными Цивилизациями специально для интеллектуалов. Проф. Инъязов тут же назвал его руматизмом, или синдромом КВН — от расхожей фразы "Критический Взгляд На" и комического впечатления, производимого больными.

КВН-синдром, как мы установили — есть изуродованное до неузнаваемости проповедничество. Об этом стоит рассказать поподробнее.

Целью обычной проповеди является банальная польза людям. Наряду с хлебом, колбасой, техникой и воздушными шариками общество нуждается также в точных сведениях о происходящем. Изначальная задача проповедников — этих журналистов, публицистов и творческих работников древности — была в правдивом описании жизни и призывах ее исправить. Проповедники силой своего авторитета усмиряли тиранов, примиряли народы или, напротив, свергали ненавистную власть.