– В потустороннюю «петушатню», – с важностью пояснило чучело и снова скомандовало: – Пшел, пидор! В темпе, бля!
Вилы в лапах демона в мгновение ока раскалились добела, и он пырнул ими в лицо Усикову. Болдоха рефлекторно отпрыгнул назад и угодил прямехонько в трясину.
– Великолепный прыжок! Прям олимпийский! – хрюкнул бес, тая в воздухе. – Жду тебя в преисподней!
Последние минуты земной жизни медленно засасываемый болотом, трусливо хнычущий Усиков в ужасе представлял себе картины ада, в особенности обещанной лично ему «потусторонней петушатни», однако действительность превзошла самые худшие ожидания...
* * *
И дым мучений их будет восходить во веки веков. И не будут иметь покоя ни днем, ни ночью поклонившиеся зверю.
