К Лавину вновь вернулась надежда, что королеву удастся похитить и увести.

Один из телохранителей приоткрыл дверь и глянул в щелку.

–  Никого не видно… Погодите! Там кто-то есть… Один человек.

–  Что он делает?

–  Идет. Очевидно, поднялся по лестнице раньше нас и остановился на секунду.

–  Дай-ка посмотреть!

Лавин жестом велел телохранителю отойти. Они договорились, как вести себя с простыми солдатами: просто идти мимо, и все. Кто-нибудь из генералов мог узнать Лавина, но рядовые - вряд ли, тем более что он был одет в форму королевского офицера.

Так что этот человек для них не проблема…

Увидев, кто это, Лавин тихо выругался. Генерал Армигер шел медленно, опустив в раздумье голову и сжав руки за спиной. На нем были черные доспехи, а за спиной болтался флаг командующего. Без сомнения, он услышал бы любой шум, и наверняка он знал, где должны находиться все его солдаты. Надо было убить его, причем убить бесшумно.

–  Твоя непобедимая королева пыталась покончить с собой. Лавин услышал эти слова, и его сердце чуть не остановилось навеки. Потом он увидел женщину, которая их произнесла, - та вышла из темного проема двери, ведущей в комнатку, где Лавин ужинал с Галой.

Армигер обнял женщину, и она прижалась щекой к его кирасе.

–  Это я виноват, - промолвил генерал.

–  Что?
– Женщина отпрянула немного, глядя на него.

–  Я сказал ей правду и лишил ее надежды.

–  В конце концов, она всего лишь человек.
– Женщина вздохнула.
– Тебя это разочаровало?

Лавин нахмурился. Не может быть! Гала должна была идти до конца невзирая ни на что. Он знал ее. Ничто не могло поколебать ее веру в собственные идеалы. Если бы Лавин предполагал, что она впадет в отчаяние, то сделал бы все возможное во время переговоров, чтобы не допустить штурма. Он пошел бы на уступки.

Но если Гала отчаялась, значит, они оба проиграли, поскольку в таком случае той женщины, которую он пришел спасать, больше нет.

Лавин заставил себя сосредоточиться на текущих задачах.

–  Мы войдем как ни в чем не бывало. Ты, Кашам, встань за ним, а ты, Бамер, - за женщиной. Кинжал в спину, потом оттащите их за трон.

Телохранители кивнули. Лавин выпрямился и распахнул дверь.

Армигер быстро шагал к задней двери. Женщина осталась стоять там, где они обнимались, и смотрела ему вслед.

Лавин поднял руку; его люди застыли на месте. Армигер подошел к двери, ведущей в комнатку, и вошел туда не оглянувшись.

Лавин поймал взгляд Бамера и помотал головой. Бамер пожал плечами. Они вошли в зал.

Женщина повернула вправо, к высокому окну; когда они проходили мимо, она смотрела в окно. Лавин провел своих телохранителей к прихожей,

И шагнул в коридор за прихожей. Каменная лестница слева вела наверх, а вперед и вправо отходили два широких, отделанных деревянными панелями коридора.

Подбежал человек в лакейской ливрее. Лавин заставил себя стоять совершенно недвижно, хотя сердце колотилось, как бешеное.

–  Вы ищете генерала, сэр?
– спросил слуга.

–  Скорее королеву.

Лавин знал, что его телохранители напряжены до предела. Малейший повод - и они обнажат шпаги.

–  Королева сейчас не принимает, - доложил слуга.
– У нее генерал Армигер.

–  Где они?

–  В ее опочивальне, в конце коридора. Генерал Армигер велел их не беспокоить, сэр, даже фрейлинам приказал уйти.

–  Я должен ее увидеть - чтобы прекратить штурм, - сказал Лавин и пошел вперед.

Они миновали двоих слуг и пятерых королевских горничных, одну из которых Лавин узнал. Никто на них не смотрел. Все стояли у спальни королевы.

Уже показались стены дворца, когда Джордан услышал песню. Она звучала прямо вверху, высоко над задымленным воздухом и осенними облаками. В последний раз Джордан слышал нечто подобное, когда в небесах над имением Боро возникли блуждающие луны. Но сейчас небо было пусто.

Периодически, пробираясь сквозь строй солдат, Джордан останавливался и закрывал глаза, чтобы увидеть события глазами Армигера. Юноша знал, что штурм замка в самом разгаре, но все остальное тонуло в хаосе. Армигер, казалось, бесцельно бродил с места на место, и поскольку он не разговаривал сам с собой, то Джордана в свои мысли тоже не пускал.

–  Идти туда - чистейшее самоубийство, - сказала Тамсин, когда он обрисовал ей обстановку.
– Надо остановиться и подождать окончания штурма.