— А отец где?

— Нет у меня отца, — без выражения ответил Сашка. — Погиб в тот день, когда я родился.

— Извини…

— Да ладно, — рассеянно бросил он. — Слушай, — Сашка почесал в затылке, — а ведь жрать-то нечего! Мать замоталась и не приготовила обед. Что делать будем? — растерянно спросил он. — Отраву, что на улице продают, ты не ешь.

— Ты же пирожками обещал кормить, — прищурилась Лилия. — Вот и делай! — Она устроилась на том самом стуле, на котором любил восседать Андрей, и в упор уставилась на Сашку зелеными глазищами. — А я посмотрю, что ты за мастер-кулинар.

Сашку этим она не смутила. Водрузив перед ней банку компота и вручив ложку, чтоб не скучала, он полез в шкаф за мукой и остальными ингредиентами. И столь энергично принялся за дело, что уже через минуту в муке были не только его руки, но и лицо. Лилия неотрывно наблюдала за ним, не забывая, однако, про выданный ей компот. Когда банка закончилась, она сняла свитер и присоединилась к Сашке.

У нее тоже очень скоро даже кончики косичек оказались в муке. Лицо, однако, оставалось чистым, так что в какой-то момент Сашка не вынес подобной несправедливости. Выждав момент, он мазнул ее нос мукой. Лилия в ответ вымазала его. Оскорбленный, Сашка попробовал повторить маневр, да не тут-то было — насмешливо улыбаясь, Лилия, словно змея, ускользала от него. И всё же Сашка медленно, но верно загонял ее в угол. А когда ему окончательно это удалось, щелкнул дверной замок.

Распространяя вокруг слабый медицинский запах, в квартиру вошла Сашкина мать. За ту секунду, что она закрывала дверь, Лилия непостижимым образом успела принять респектабельный вид и даже натянуть на себя свитер. Только Сашка остался стоять, измазанный по уши мукой, в удивлении глядя, как его мать, словно в замедленной съемке, вешает пальто и снимает сапоги.

— Здравствуйте, — первой поздоровалась Лилия, и представилась: — Я Сашина одноклассница, он учит меня пирожки лепить!

В любое другое время вид испачканного мукой сына на фоне полуразгромленной кухни вызвал бы по меньшей мере ироническую усмешку, но сейчас взгляд матери только равнодушно скользнул по учиненному беспорядку.

— Ирина Николаевна, — произнесла она в ответ. Сашка заметил, что выглядит она больной.

Из прихожей мама прошла в свою комнату и почти сразу вернулась, держа в руке запечатанный почтовый конверт.

— Санька, — тихо сказала она, протягивая ему конверт, — отвези это тете Зине. Прямо сейчас.

Глаза мамы были в красных прожилках, ее всю лихорадило.

— Я должна была сама к ней ехать сегодня, — объяснила мама. — Но, видимо, подхватила на работе грипп. Отвези, пожалуйста, — настойчиво повторила она.

Сашка взял конверт и растерянно взглянул на Лилию. Та пожала в ответ плечами.

— Может, и в аптеку заскочить? — озабоченно спросил он. — Тебе какие-нибудь лекарства нужны?

Мама отрицательно качнула головой.

— В аптеке я уже была. У меня есть всё, что нужно. А ты купи лучше чего-нибудь поесть, потому как, — она смерила взглядом стоящую в проеме Лилию, у которой одна косичка оказалась заправлена в ворот свитера, — судя по состоянию кухни, на ваши пирожки надежды мало, — улыбнулась она.

Когда они вышли на улицу, Лилия выпалила:

— Красивая у тебя мама! Кстати, ты на нее не похож, у вас общего только глаза.

— Ты сестру ее в молодости не видела, — хмыкнул Сашка. — Это к которой я еду. Я наткнулся как-то на ее фотку — умереть не встать. Типа тебя, — добавил он, краем глаза подметив выступивший на щеках Лилии румянец.

— А можно поехать с тобой? — спросила она. — Правда, смотря куда. — В ответ на вопросительный взгляд Сашки она сказала: — Мне к девяти надо быть дома.

— Нет проблем, — расцвел он, — к девяти успеешь!

Солнце клонилось к западу и светило почти в глаза, когда Сашка с Лилией вошли в ворота санатория. По обе стороны дороги лежал нетронутый снег. На него в свете низкого солнца от покрытых изморозью сосновых стволов падали синие тени.

Идя по знакомой аллее к виднеющемуся вдали зданию, над трубой которого вился уютный дымок, Сашка отчаянно травил разные истории и вообще всячески дурачился. Лилия слушала его вполуха, так как он уже дважды предпринимал попытку отправить ее в сугроб, причем одна попытка оказалась удачной. Посему сейчас Лилия шла несколько в стороне, настороженно косясь на Сашку и вынашивая планы мести.

— А вон наш Батон идет, — сказал Сашка, показав рукой в сторону санатория.

Вдалеке по тропинке вокруг здания в самом деле шел человек, напоминавший их учителя физики.

— Это не Батон, — приглядевшись, сказала Лилия. — У Батона походка другая. Сашка, убью! — завизжала она, когда лавина снега опрокинулась ей на голову. Ему удалось допрыгнуть до нависающей над аллеей веткой, стряхнув с нее снег.

— Ага, попалась! — радостно завопил он, не заметив, как сам оказался в опасной близости от сугроба. Лилия времени терять не стала и нырнула к Сашкиным щиколоткам. Через секунду тот торчал головой в снегу.