Выйдя из палатки, он огляделся по сторонам. Река, поле с виднеющимися на нем выжженными проплешинами, небольшая роща к западу от реки… Это место было ему знакомо! Не так давно на этом самом поле он сражался с Виктором Крэгхистом и призванным им на подмогу Орхисом. Судя по тому, что некоторые проплешины успели затянуться молодой травой, а также судя по высоте виднеющегося рядом с лагерем кургана, в котором его похоронили (такую кучу земли за один день не нагребешь), времени с момента его гибели прошло немало. Скорее всего, сейчас осень.

Олег вздохнул. Если бы не предательский удар Аталетты, он сейчас давно был бы в Трире, обустраивая доставшийся ему Форпост для принятия первой партии студентов новой Темной Цитадели.

Увы. Вздыхай не вздыхай, а прошлого не изменить. Счастье еще, что есть чудесный шанс исправить допущенные ошибки. И так ли уж важно, какой ценой? Народ в ответе за своих правителей! Здесь Олег немного лукавил перед самим собой. Цена исправления допущенной из-за излишней доверчивости ошибки ему категорически не нравилась. Он и так за все время пребывания в палатке командира старался не поворачиваться лицом к кровати, на которой лежали два скрюченных женских тела – первые невинные жертвы объявленной им Фенриану войны.

Олег прикинул свои последующие действия. Сейчас ему следовало, не тратя драгоценного времени, следовать в Онер, призывать всю доступную нежить и, заручившись помощью Висса с учениками, атаковать Фенриан. Судя по тому, что ему так легко удалось перебить снабженных амулетами Орхиса гвардейцев, причем даже наполовину не исчерпав свой резерв, умерев, он, взамен утерянного покровительства стихии Огня, обрел покровительство другой, не менее могучей силы – Тьмы.

Впрочем, возможно, сила истинной Тьмы была и ни при чем. Вполне могло быть и так, что Орхис, скованный властью Хроноса, просто не мог более снабжать энергией амулеты, которые в результате превратились в простые безделушки. Это был бы оптимальный вариант, поскольку в этом случае появлялась возможность в полной мере использовать силу наиболее могущественного из будущих союзников – Висса. Перед ужасающей мощью Мертвителя, не блокированной антимагическими амулетами, любое государство, любое, сколь угодно большое количество войск были совершенно бессильны.

Впрочем, надейся на лучшее, а рассчитывай на худшее. Пора было спешить в Онер. Олег расправил восстановленные крылья и попробовал взлететь. Затем встал, залечил сломанную при падении с четырехметровой высоты руку и попробовал еще раз.

Увы. Небо не для мертвецов. С пятой попытки Олег все же примирился с этим фактом. Крылья, надежно держащие в поднебесье демона, пока он был жив, улавливая малейшие потоки ветра и подстраиваясь под них, сейчас, после смерти, как и все остальное тело, потеряли всякую чувствительность, а простого механического махания оказалось совершенно недостаточно для полета. Вставая и восстанавливая тело после очередного падения, Олег понял это совершенно четко. Потерянная радость полета попала в и без того немалый счет, который он в ближайшее время собирался выставить властительнице Фенриана.

Однако надо было все же как-то двигаться. Мысль о передвижении на своих двоих Олега совершенно не устраивала. Конечно, можно было бы убить какую-нибудь лошадь (живые кони сходили с ума, только почуяв близость нежити, и уж, конечно, ни в коем случае не позволили бы личу сесть на себя) и, подняв ее в качестве зомби, ехать на ней, но – увы, лошадей поблизости не было.

Еще при приближении Олега к лагерю умные животные, которых не тронули насланные Олегом тени (неразумные создания были непригодны в пищу этим странным порождениям темной магии и потому полностью ими игнорировались), оборвав привязи и разбив стойла, умчались как можно дальше. Ловить же их по окрестным перелескам у Олега не было ни сил, ни времени, ни желания.

Впрочем, думал Олег недолго. Да, мертвых лошадей нет. Но зато есть целая куча других мертвецов. И нет ничего, что запрещало бы Олегу воспользоваться их услугами.

Он подошел к делу творчески. Вернувшись к кургану, где произошло побоище, он для начала отыскал командира и поднял его в качестве умертвия. Подумав, поднял еще десяток как телохранителей. Одиннадцать умертвий – вполне серьезная сила. Достаточная, чтобы, невзирая на возможные случайности, добраться до Вельминта и передать Аталетте «радостное» известие о возвращении Олега.

– Пусть готовится, – зло усмехнулся себе под нос Олег, глядя, как умертвия быстрым бегом движутся в сторону столицы Фенриана.

Затем он прошелся по кургану и, набрав с десяток тел, безжалостно свалил их в кучу. Спустя час упражнений в черчении (а вы попробуйте нарисовать правильную гексограмму на неровном склоне холма, имея в своем распоряжении в качестве инструментов лишь когти, несколько мечей и обломки копий), бормотании заклинаний и грязных ругательств, ему наконец-то удалось создать некое подобие лошадеобразной костяной химеры.

Выглядело это его творение довольно убого, больше всего походя на какого-то давно умершего паука, воссозданного из как попало срощенных человеческих костей, однако имело достаточно удобную для несения седалища Олега спину и восемь длинных ног, обеспечивающих скорость движения, значительно превосходящую скорость пешехода и даже лошади. Ну а большего от созданной Олегом химеры, в общем-то, и не требовалось.

Вскарабкавшись на услужливо подставленную спину немертвой твари, Олег огляделся. Давно рассвело, туман, поднявшийся было перед рассветом, осел на сочную луговую траву, и вдалеке над полем заливисто пели птицы.