– Да, наверно, вы правы, – растерянно пробормотала девушка.

– Лен, ты слишком далеко не уходи, ладно? – попросил ее Олег. – Так только, чтобы слышно не было. Может, в общагу вернешься пока… Или, пожалуй, лучше домой – я думаю, что товарищи милиционеры не откажутся тебя проводить. – Он со значением взглянул на сержанта и, получив подтверждающий кивок, продолжил: – Я тут быстренько. А потом к тебе загляну. Можно? Мне еще передать кое-что надо, да побеседовать хотелось бы…

– Ладно… – Лена взглянула ему в глаза и быстро отвернулась, зябко передернув плечами, после чего быстро пошла к выходу из переулка, изредка оглядываясь назад. Следом поспешили и милиционеры.

Дождавшись их ухода – Олегу не хотелось смущать их видом и запахом того, что здесь будет происходить, – он вновь повернулся к следящей за ним перепуганными глазами троице гопников.

– Ну что ж, – мягко улыбнулся демон своим жертвам. – Ваше время истекло. – И вновь пошел к ним, припоминая на ходу некоторые из уроков Висса зу Крайна.

Вскоре первый вопль невыносимой боли прорезал тишину ночного города. Первый, но далеко не последний. Смерть Толяна, Кабана и Воблы была долгой и очень болезненной.

Сидя на мягких сиденьях патрульной «шестерки», Лена с трудом удерживала рвущиеся из груди всхлипы. Слезы катились по ее щекам, и она вытирала их о рукав блузки, сердито подергивая плечом. В отличие от многих своих подруг, Лена искренне считала, что плакать на людях – верх неприличия, и сейчас стеснялась своих слез, которые никак не удавалось подавить или хотя бы сдержать.

– Ну что ты, что ты, успокойся, – принялся ее убеждать тот самый сержант. – Все хорошо… Ты где живешь-то? Нам еще тебя отвезти нужно. Твой парень челове… – тут он немного смутился и поправился, – товарищ солидный. Явно ведь проверит. И мне совершенно не хочется его раздражать.

– Репина, двадцать, – выдавила Лена, откидываясь на сиденье. Из дальнего конца покинутого ими проулка донесся дикий крик. – Первый подъезд.

– Вов, слышал? – как ни в чем не бывало обратился сержант к водителю. – Давай на Репина, и побыстрее. Есть у меня подозрение, что скоро отсюда заявки посыпятся, и лучше нам в это время быть в другом районе.

Согласно кивнув, водитель завел мотор.

– Ну вот, все в порядке, – обратился сержант к девушке. – И не надо плакать, все хорошо. Об этих подонках и вовсе жалеть не следует. Это такие сволочи, вы б только знали! Повезло вам, что к ним в руки не попали. Страшно и представить, что они могли сделать. Так что теперь они по заслугам получают. – Очередной дикий вопль прорезал ночную тьму, словно подтверждая его слова.

– Да при чем тут повезло… – передернула плечами Лена. – Это Олег прикрыл! Сам дрался, а мне бежать сказал за подмогой. Я в общагу бросилась, в милицию звонить. Там мне сказали, что ваша машина недалеко. Я к вам… И вот… Опоздала…

– Ну в принципе ты могла и не спешить, – успокаивающе усмехнулся сидящий на переднем сиденье, рядом с водителем милиционер, тот самый, который напомнил лейтенанту о том, что по вине Толяна был уволен из милиции их общий хороший знакомый. – Твой друг и сам очень неплохо справился. Интересно, от этих ублюдков кости останутся, или так все и сожжет? Кстати, а кто он такой? Что-то мы раньше о наличии в городе живых шаровых молний не слышали. Или он маскируется?

– Не маскируется он! Он человеком был! Обычным. Просто магией увлекался. Рунами там всякими… А эти… Они его убили. Думаете, он солгал? Я его глаза видела!!! Неживые они стали! Не его это взгляд! Не бывает у людей в глазах такой бездны. Он ведь совсем не такой был! Он никого убить не мог! – Всхлипывая, но постепенно успокаиваясь, она начала рассказывать о том, каким хорошим человеком был Олег. Ее не прерывали. После того как Лена наконец выговорилась, в машине воцарилось молчание. Прервал его водитель.

– Мы на месте, – сказал он, останавливая машину перед дверями подъезда.

– Тебя до квартиры проводить? – спросил сержант, открывая перед Леной дверь. – Или не стоит родителей нервировать?

– Я живу одна, – качнула головой Лена. – Квартира от бабушки досталась.

Правильно поняв ее намек и по опыту зная, что люди, побывавшие в столь неприятных ситуациях, часто боятся оставаться одни, сержант последовал за ней. Когда они уже поднялись на третий этаж и Лена возилась с ключом, пытаясь нащупать замочную скважину дрожащими руками, на лестничном пролете под ними плеснуло пламенем. Милиционер быстро обернулся, выхватывая пистолет, но тут же опустил оружие. На бетонном пролете стояла знакомая огненная фигура. Но вот огонь стал тускнеть, словно подергиваясь пеплом, уходя внутрь и постепенно превращаясь в высокого светловолосого парня лет двадцати, одетого в потертую косуху и джинсы.

– Олег, ты!!! – Лена радостно следила за проявлением знакомого облика и, как только исчез последний пламенный язычок, бросилась к нему. – Ты все же живой? В порядке?!!

– Осторожно! – Олег быстро выбросил руку вперед, и перед девушкой выросла мягкая колышущаяся стена, словно сплетенная из черных нитей. – Здесь после моего появления может быть горячо, – объяснил свои действия Олег. – Лучше я сам поднимусь, – и быстрыми шагами буквально взлетел вверх по лестнице, немедленно попав в объятия Лены.