– Как знаешь, – кивнула вампиресса. – До встречи. – И она пришпорила Звездочку. Бывшая Ночная Тень не любила долгих прощаний.

– До встречи. – И Бер устремился за своей женой.

– Удачи вам… – Олег прощально наклонил голову. Расставание с друзьями огорчило его куда больше, чем он сам от себя ожидал.

А на другой день он уже скакал в Герталле. Крупнейшая из провинций Фенриана, Герталле включала в себя несколько графств и, располагаясь в наиболее благоприятном районе для земледелия, являлась главной житницей государства. Поскольку находилась она достаточно далеко от столицы, Олег не стал брать какую-либо стражу, заручившись только бумагой от Аталетты, предписывающей всем подданным фенрианской короны оказывать ему полную поддержку. Ведь и впрямь, даже самые лучшие лошади стражников не шли ни в какое сравнение с его Вороном и только задерживали бы его в дороге. Нападений же он не опасался.

Дорога прошла почти без приключений. Ну не считать же приключением испепеление трех десятков оборванцев – по всей видимости, доведенных до полного отчаяния крестьян, разоренных войной, которые решили поправить свои дела за счет одинокого путника. Когда перед Олегом рухнула разлапистая сосна, а из кустов по обочинам лесной дороги вывалилась толпа плохо одетых людей, сжимающих в руках различные орудия сельхозтруда в виде вил, топоров и кос и в весьма нецензурных выражениях потребовавших от «зажравшегося барина» подать им «на бедность и прокормление семейства» все свои деньги, «красивого коняшку» и одежду, он даже не удивился. Да и чего удивляться-то было. Эту, с позволения сказать, «засаду» он засек еще метров за триста: непривычные к подобным делам вчерашние крестьяне изрядно шумели.

Правда, он рассчитывал, что плащ огненного мага, который был на нем, заставит этих горе-разбойников пропустить его без попыток ограбления, но – увы. Наверное, фенрианские крестьяне были незнакомы с подобными атрибутами.

Раздосадованно вздохнув, он коротко поинтересовался у стоящего впереди всех чуть более хорошо одетого разбойника, по всей видимости, предводителя банды:

– Вы мой плащ видели?

– Видели, барич, видели, – довольно осклабился тот. – Хороший плащ, теплый, красивый. Нам он очень даже пригодится! А ну, слазь с коня, кому сказано! И не вздумай шутковать! – В доказательство серьезности своих намерений он качнул самодельной пикой из прикрепленного к длинной жерди лезвия косы. – Будешь вести себя смирно – уйдешь живым. А начнешь дергаться – не обижайся. Нас тут много, а ты один. Да не пугайся ты так, – воспринял он молчание и задумчивость Олега как проявление страха. – Отдашь деньги, коня, из одежки кой-чего – и иди себе дальше, мил-человек. Не душегубцы мы. Кабы не война эта проклятущая, так ни за что бы на дорогу не вышли. Да только выбора у нас нет. Либо с голодухи Пресветлому души отдавать, либо «отхожим промыслом» заняться. Ты не сумневайся, твое е-му-щес-тво на добрые дела пойдет. Деревеньку нашу прокормить поможет. А ты себе еще добудешь. Жизнь-то она одна и куда дороже денег, паря… Слезай давай с коняшки!

– Я спешу, – ответил на это Олег. – Если вы исчезнете отсюда в течение ближайших тридцати секунд, то все останетесь живы. Это очень хорошее предложение. Для тех, кто не понял, поясню: я – маг Огня.

– Ах ты, …! – воскликнул, нагнетая злобу предводитель и замахнулся своим «грозным» оружием. – Лгун …! Бей его, ребя! Он добрых слов не понимает!

– Ну как хотите, – пожал плечами Олег. Тратить время, накладывая сонные или обездвиживающие заклинания не хотелось. Возись потом с ними, тащи их в ближайший город на суд синьора, где разбойников все равно повесят или в лучшем случае отправят в каменоломню. – Нет уж, это мы уже проходили, – вздохнул про себя Олег, вспоминая аналогичное столкновение с шайкой Гудроба, когда он ехал в Иринию. Оставить их так? Ворону не составило бы труда перескочить через заваленное на дороге дерево. Против этого протестовала гордость – удирать от каких-то разбойников? Ему, дворянину и магу? Да и вбитая ударом ножа уличного гопника мудрость требовала не оставлять за своей спиной живых врагов.

– Как полномочный представитель владычицы Фенриана Аталетты Первой, я, Ариох, ненаследный княжич Бельский, огненный маг первого класса, приговариваю вас за разбой к смерти. Приговор будет приведен в исполнение немедленно, – припомнил он классическую фразу краткого суда и активировал заклинание «огненного кольца». По распространенным в Ойкумене феодальным законам он, будучи представителем высшей аристократии, имел право вести суд, так что его приговор мог быть оспорен только при обращении в личный суд самой королевы Фенриана.

Но… Вряд ли кучки обгоревших костей, в которые превратились незадачливые грабители, были бы способны на такое действие без помощи сильного некроманта.

Вздохнув, Олег осмотрел ровный выжженный круг диаметром около пятидесяти метров и покачал головой.

– Вот я дубина, – самокритично заметил он. – Зачем огненную магию использовал? Надо было «черную ладонь» применить. Привычка, блин… Лес зачем-то испоганил… Ну ладно. Надо спешить. – И он вновь пришпорил Ворона, благо, что сосна, использованная разбойниками в качестве шлагбаума, тоже обратилась в кучку серого пепла.

Все это заняло у Олега не более пяти минут, после чего он вновь продолжил свой путь.

Правда, когда он через пару часов проезжал почти обезлюдевшую ветхую деревушку, в которой, как ни приглядывался, так и не смог заметить ни одного взрослого, дееспособного мужчины – лишь женщины, старики и дети, он на мгновенье задумался, что в принципе можно было бы обойтись и сонными чарами, но тут же отогнал эту мысль. В конце концов, они сами выбрали свою судьбу, и не убей он их, кто знает, сколько путников лишилось бы своего кошелька и жизни. Сомнительно, чтобы разбойники и впрямь исполняли свои обещания «не убивать». Иначе их давно бы вычислили и поймали.

К закату следующего дня он подъехал к воротам Альгерса. Этот небольшой городок располагался на самой границе графства Минд, ближайшего к столице из графств Герталле. Ворота города по случаю позднего времени уже закрывались, однако, оценив великолепного жеребца и богатую, хотя и запыленную одежду наездника, стража поспешила распахнуть их вновь.

– Где здесь таверна попристойней? – поинтересовался Олег, бросив серебрушку самому расторопному.

– Попристойней, ваша милость? – щербато усмехнулся тот. – Самая пристойная таверна – «Сытый хлебороб», она же и самая плохая, потому как единственная, – находится у главной площади. Езжайте по этой улице, мимо не проедете.