Подъем продолжался. На экране предстало все ста тридцатиметровое зеркало на корме, а стоящие на мостике превратились в пятнышки. И вот уже весь «Энтерпрайз», со своими двумя корпусами и массивными гипердвигателями, лежал на экране. Еще целую минуту люди и инопланетяне созерцали огромный звездолет, а Кирк даже подумал, не появится ли рядом с его кораблем суденышко чужаков. Пусть бы сравнили.

Но Спок и компьютер не пошли столь простым и легким путем. Точка наблюдения вновь сдвинулась, опускаясь на основной корпус прямо под мостиком, но вместо того, чтобы пройти переборку, остановилась и сориентировалась вперед. В нижней части экрана можно было увидеть внешнюю обшивку основного корпуса. А потом им показали то, что случилось с «Энтерпрайзом» после прибытия в данный сектор космоса. Сцены путешествия сменяли одна другую.

Опущен был только один-единственный эпизод: короткое и неутешительное исследование той планеты, где под отравленной и пропитанной радиацией поверхностью угадывались признаки работы мощного источника энергии и существования жизни, классифицировать которую не смог даже Спок.

Чужаки оставались по-прежнему бесстрастными, даже повторяющиеся сцены разрушения, казалось, ничуть не возмущали их спокойствия. Но когда на экране появился первый звездолет, они напряглись. А когда началась атака и космос прорезали лучи лазеров, они вздрогнули, как от боли. Маски равнодушия исчезли с их лиц, когда смертоносные стрелы ударили в борт «Энтерпрайза», не причинив ему вреда.

Так продолжалось до тех пор, пока компьютер не показал на экране гибель трех кораблей. Увидев, что два звездолета из атакующей группы поражены их оружием и выведены из строя, инопланетяне впервые за время просмотра переглянулись. «Поздравляют друг друга с тем, что прихватили с собой двух врагов», – подумал Кирк.

Иллюзорный «Энтерпрайз» на экране рванулся вперед с максимальной гиперскоростью, и гости, отбросив притворное равнодушие, во все глаза уставились на него, ожидая дальнейшего развития событий. Уже с явным любопытством наблюдали они, как корабль землян сбросил свою невероятную скорость с такой быстротой, на которую их собственные звездолеты были не способны.

Когда «Энтерпрайз» почти замер всего лишь в нескольких километрах от корабля чужаков, из него вырвался призрачный, явно не лазерный луч и проник в изуродованный звездолет. В этот миг зрители как бы последовали за лучом, остановившимся в какой-нибудь сотне метров от искореженной, оплавленной поверхности. Плоть корабля как бы расплылась… Затем в центре экрана в серой неясной дымке появилось крохотное помещение для экипажа – единственная структура корабля гостей, настоящие размеры и форму которой смогли определить сенсоры «Энтерпрайза» за те секунды, что звездолет землян находился в пределах достаточных для детального сканирования. Внутри одного из отсеков возникли неясные фигуры четырех членов экипажа, беспомощно плававшие в лишенной гравитации атмосфере. В другом отсеке с прожженными лазерами стенами виднелись останки еще двоих.

Призрачный луч – вероятно, именно таким представлял транспортные лучи компьютер – задержался на обоих отсеках, затем сместился и сфокусировался на том, где оставались четверо живых. Его иллюзорная субстанция расщепилась на четыре лучика. Они сгустились вокруг инопланетян, а еще через мгновение, как по волшебству, вытащили их из корабля в открытое пространство.

Быстрее света – как и в действительности – «Энтерпрайз» рванулся прочь, забрав с собой четырех спасенных. А там, где он только что находился, вспыхнули три мощных огня – это взорвались оставшиеся корабли.

И наконец, когда звездолет землян уже ушел за четырьмя пережившими сражение космолетами, компьютер показал картину спасения: чужаков подтянули к «Энтерпрайзу», доставили в транзитную камеру и затем в транспортный отсек.

С этого момента на экране демонстрировалось то, что произошло на борту земного звездолета: гибель их товарища, ранение сестры Гарсии, медицинское обследование троих оставшихся, удаление передатчиков из зубов. Завершился показ тем, что гостям позволили пробудиться.

– Весьма впечатляет, – подвел итог Кирк, когда на экране вновь возникла реальная картина звездного поля с четырьмя точками уходивших кораблей.

Обернувшись к инопланетянам; Кирк с удивлением заметил появление в глазах одного из них чего-то, подозрительно похожего на слезы. «Они более человечны, – подумал он, – и не так похожи на те бездушные автоматы, какими заставляли себя казаться».

В следующее мгновение, как бы в подтверждение мыслей капитана, тот инопланетянин, который, похоже, плакал, вдруг повернулся к своим спутникам, насколько это позволяли ему наручники, сковывающие его правую руку с левой рукой соседа.

Он заговорил, и это были первые осознанные звуки речи после появления гостей на борту «Энтерпрайза».

Голос инопланетянина звучал резко и пронзительно, но в нем чувствовалась своеобразная певучесть, напоминавшая Кирку некоторые восточные языки землян.

Гость, стоявший посередине, самый высокий, тот, который чуть было не потерял самообладание, когда в первый раз очнулся, что-то коротко бросил в ответ и поднял правую руку – жест, явно призывающий к молчанию. Получился он маловыразительным, потому что наручник сковывал движения кисти.

Но говоривший не замечал, более того, принялся жестикулировать свободной рукой, указывая сначала на экран, а потом обводя взглядом всех вокруг, словно пытаясь включить в этот жест весь звездолет. В ответ средний, возможно, старший из трех, попытался, как показалось Кирку, оправдаться за свою слабость. При этом высокий повторял одно и то же короткое слово, дополняя его различными вариантами других звуков.