xxx

Практика! Чудесная пора! Несколько дней сумбурная и от этого еще более радостная подготовка к долгим странствиям по полям и лесам. И вот оно, долгожданное, открытое всем ветрам широкое поле, белоствольная березовая роща, а за ней густой смешанный лес! Тут можно затеряться и бродить, радоваться пению лесных птиц, солнечным лучам, зайчонку, выскочившему из-под сломанной ветки, - радоваться молодости и жизни.

Почему Аня записалась в секцию скалолазов? В конце концов она призналась себе, что во всем виноват Петрусь - высокий, крепкий парень, с открытым лицом и ясными голубыми глазами. Настоящий киноактер! К тому же еще и сильный, ловкий, умелый. Когда он подходит к тебе и проверяет твое снаряжение, чувствуешь себя такой счастливой... Как хорошо шагать рядом с Петрусем, чувствовать его сильную руку, его дыхание, когда он помогает тебе продвигаться по холодному, мрачному гроту. Но еще больше она любила возвращение. Тогда можно положить голову на колени Петрусю, сидящему у костра, помолчать, а потом заснуть, зная, что он рядом...

Первая любовь! Она оставляет след в сердце каждого. Когда она уходит, кажется, будто кончилась жизнь. Он здесь, где-то близко. Но его уже никогда не будет рядом с тобой. Случайно столкнувшись в дверях, он безразлично бросит тебе: "Привет!" - и побежит по ступенькам, улыбаясь не то воспоминаниям, не то анекдоту, который только что слышал...

После окончания третьего курса Аню вместе с двумя подругами маленькими Янечкой и Богусей - направили на практику в поселок Пшов в Верхней Силезии. Там расположилась шахта по добыче каменного угля, которую бойкие Анины подружки сразу же прозвали "Тезкой" (шахта называлась "Анна").

– Это еще что за три богатыря?
– иронически спросил главный инженер шахты, рассматривая документы практиканток. А смерив взглядом Аню, покачал головой.
– С вашим ростом вам в шахте будет нелегко. Подружкам вашим все-таки полегче, у них рост шахтерский.

В справедливости его слов Аня убедилась на следующий же день, когда лифт опустил практиканток на дно глубокой шахты. Выйдя из лифта, Аня ощутила дурноту: то ли от сырого спертого воздуха, то ли от пугающей темноты. Но взяла себя в руки, попробовала улыбнуться (у нее уже выработался рефлекс улыбаться всегда, когда тяжело) и шагнула в узкий тоннель. Первые несколько метров она шла согнувшись, следом за проводником. Сзади, пугливо озираясь, семенили Богуся и Янечка. Проход сужался, потолок прижимал книзу. Пришлось ползти.

– Ну как, красны девицы, понятно вам теперь, что такое шахтерский труд?
– грозно спросил проводник.

– Понятно!
– робко прошептали девушки.

Они ползли за проводником, изо всех сил стараясь не отстать. Аня ударилась о какой-то выступ. Потом она часто вспоминала этот свой спуск. Сколько раз ей в жизни довелось "ползти", пробиваться вперед, не обращая внимания на ссадины, учиться на ошибках, подавлять страх. И снова идти вперед.

Следующий день девушки пролежали в лежку на кровати, залечивая ссадины. К вечеру они уже выглядели бодрыми и жизнерадостными. В рабочей столовой к ним подсел инженер.

– Ну как, не испугались? Приедете к нам работать? Шахта - это вам не университетская аудитория. Это жизнь.

Позже она напишет: "Меня часто спрашивают: не жалеете ли вы времени, потраченного на учебу на геологическом факультете, ведь вы ни дня не работали по своей профессии? Не потерянное ли это время?!" Нет и нет, вовсе это не потерянное время. Наоборот, я очень довольна, что мне дано было хоть на мгновение заглянуть в интереснейшую книгу, которая называется наукой о Земле. Это позволило мне увидеть и понять много проблем, касающихся жизни на Земле теперь и в прошлые геологические периоды. Другие занятия, которые бы мне более пригодились, такие, например, как музыка или живопись, не обогатили бы так моего миропредставления, как геология".

Первый человек, абсолютно убежденный в том, что Анна должна стать именно профессиональной певицей, - ее школьная подруга Янечка Вильк. Это была бойкая рыженькая девчушка с озорными мальчишескими глазами, неугомонная болтунья и непременная участница всех ребячьих игр, а позже неизменное "доверенное лицо" ее увлечений и тайных свиданий.

Однажды, когда Аня училась в пятом классе, мама взяла ее и Янечку на новогоднюю елку для малышей. Их встретил веселый Миколай - польский Дед Мороз (эту роль исполнял артист Вроцлавской эстрады) - и, как бы оправдываясь, сказал, что Снегурочка заболела и теперь он в полной растерянности: привык выступать только в дуэте.

– Вы же взрослый человек! Да к тому же артист, - пристыдила его мама, нельзя так разочаровывать малышей. Придумайте что-нибудь! Вот моя дочурка Аня, ну чем вам не Снегурочка?

Девочка почувствовала, как ее лицо заливает краска, а мама ласково спросила:

– Ты споешь для малышей, Анечка?

– Конечно, спою!

– А ты, Янечка?

– И я спою, - не задумываясь, ответила подружка.

Утренник для ребят получился. Миколай рассказывал сказки, загадывал загадки, а потом дарил подарки. Малыши, взявшись за руки, водили хоровод. А в самом центре зала стояла Аня Герман и звонким, прозрачным, светлым голосом пела знакомые всем песенки про Новый год - про зайчат, нарядивших в лесу елку, про пана Твардовского, героя польских народных сказок и былин, отправившегося на Луну. Она пела чисто, спокойно, без лишних эмоций. Так поют взрослые. Янечка, которая поначалу подпевала ей, изо всех сил стараясь ее перекричать, вдруг замолкла: не то слова забыла, а может, не выдержала конкуренции.

Аня пела и пела. Когда она замолкла, малыши зааплодировали, начали стучать ножками и дружно требовать: "Ежче, ежче, хцемы ежче песенек!" Аня готова была петь еще и еще, глаза девочки радостно блестели, она чувствовала себя счастливой, как никогда. Она была от души благодарна заболевшей Снегурочке. Ведь сегодня она стала ну, может, и не героиней утренника, но человеком, который подарил малышам столько радости и веселья. А в ушах шум и крики: "Ежче, ежче..."

И вдруг совершенно неожиданно для себя Аня запела, казалось, давно забытую, стершуюся в памяти русскую песенку "В лесу родилась елочка". Наступила мертвая тишина. Ребятишки пытались, уловить смысл песни на незнакомом для них языке. Аня старалась как можно четче и яснее выговаривать слова. А когда поняла, что ее все-таки не понимают, жестами попыталась донести содержание несложной песенки. Ребята захлопали и еще отчаяннее потребовали "биса". Про Миколая, который докуривал сигарету у приоткрытого окна, все забыли.