– Ну а мне мое имя вовсе не по душе, – сухо заметила Глори. – Морнинг Глори Брауни – бред какой-то. Не иначе моей старушке добрая бутылка понадобилась, чтобы додуматься до такого.

– А я своим именем довольна. Моя мать работала у Шанель. – Поймав непонимающий взгляд Глори, она пояснила:

– Ну знаете, Коко Шанель, модельерша. По-моему, в этом имени что-то есть.

– А меня назвали в честь тетки, – сказала Стефани. – Она удачно вышла замуж, и мои родители решили, что, может, тетушка завещает наследство тезке… – Стефани умолкла и покачала головой. – Что это я разболталась, ведь я никому, даже Дэвиду, этого раньше не говорила.

К удивлению Глори, глаза ее заблестели, хоть голос оставался совершенно ровным. Она изо всех сил принялась тереть веки, но все равно слезинки скатывались одна за другой.

– Извините, – хрипло сказала она. – Наверное, я выгляжу полной идиоткой.

– Ну и что? – отрывисто бросила Шанель. – Все равно мы тут друг друга совершенно не знаем, как говорится, синдром случайного попутчика. На мой взгляд, это куда лучше, чем утомлять долгими воспоминаниями друзей.

– Совершенно верно, – кивнула Дженис. – Нам всем бывает нужно время от времени излить душу кому-нибудь постороннему. Наверное, поэтому так популярны сделались группы доверия.

Она замолчала, словно ожидая ответной реплики, затем продолжила:

– Знаете, вот что Мне только что пришло в голову. Мы ведь все в одной лодке, верно? И нам всем не терпится покончить со старой жизнью. Так почему бы нам не…

– Полагаю, вы хотели предложить, чтобы все мы объединились и образовали группу поддержки, так? – спросила Шанель. – Действительно, смелая идея. Кажется, такие группы обычно возглавляет психолог или опытный консультант. А что нам мешает, – она снова остановилась взглядом на Ариэль, – время от времени встречаться за обедом? Терять-то нечего.

– Вы хотите сказать, встречаться и рассказывать друг другу, отчего не задалась семейная жизнь? – У Стефани собрались морщины на лбу. – Нет, это не для меня. Слишком тяжело.

По всему ее телу пробежала дрожь; она зябко поежилась, словно в зале было слишком холодно. Что-то ее гнетет, подумала Глори, искоса поглядывая на соседку. Совсем, наверное, до края дошла, вон как дрожит при одной мысли о том, что вслух придется рассказывать.

Ну а она сама? Неужели ей и впрямь хочется докладывать этим дамам, что Бадди ее поколачивал? Пожалуй, для такой рафинированной публики это будет слишком. С другой стороны, как еще сблизиться с дамами, подобными Шанель? Если ей и впрямь нужен образец, то другого шанса может и не представиться.

– Что вы, собственно, имеете в виду? – Шанель повернулась к Дженис.

– Ну, можно было бы встречаться здесь, скажем, раз в месяц, – возбужденно заговорила Дженис, и Глори вновь насторожилась. – Уверена, что мне удастся заполучить для наших свиданий солярий. Это славная комнатка, и такая уединенная.

– Раз в месяц мне, наверное, подходит, – сказала Стефани. – Правда, мне придется поискать работу, и не знаю пока, сколько дней в неделю я буду занята и в какие часы.

Шанель смерила ее долгим взглядом:

– Надо полагать, вам известны законы этого штата.

Я слышала, как вы говорили Дженис, что ваш муж – специалист по гражданскому праву. Надеюсь, вы не позволите ему облапошить вас.

– От Дэвида мне нужны только алименты, – напряженно проговорила Стефани.

Шанель поджала губы, словно ей было нанесено личное оскорбление. Не дав ей ответить, Ариэль спросила:

– А сколько у вас детей, Стефани?

– Двое мальчиков. Им по четырнадцать, они близнецы.

Мы… то есть я очень горжусь ими.

– Счастливая вы, – робко улыбнулась Ариэль.

– В этом смысле – да. – Под глазами у Стефани залегли глубокие тени. Что-то ее по-настоящему гложет, снова подумала Глори. Интересно, что именно? Может, хоть муж у нее юрист и все такое, ее тоже поколачивают дома?

Стараясь отвлечься от Стефани, которая, казалось, в любой момент готова разрыдаться, Глори повернулась к Шанель:

– Вы вроде говорили, что это у вас не первый развод, так что все, наверное, знаете… ну, как бы это сказать, про законы и так далее.

– Знаю достаточно, чтобы не дать мужу так легко сорваться с крючка. – Шанель все еще не отводила взгляда от Стефани. – Отец потратил кучу денег, чтобы я могла избавиться от первого мужа. Сейчас все будет по-другому. С протянутой рукой я больше не пойду. – Она весело улыбнулась Ариэль. – И вы тоже, коль скоро ваш адвокат Арнольд Уотерфорд.

Ариэль не ответила на ее улыбку, продолжала сидеть, не отрывая взгляда от наполовину осушенного бокала.

– Я мало что знаю о мистере Уотерфорде, мы всего лишь пару раз разговаривали по телефону. Его рекомендовал мне кузен. А развода, собственно, хочу не я, а Алекс.