– Нет, не надоела, - ответила она твердо.

– А я, признаться, надеялся на другой ответ. Ладно, это неважно. У меня есть для тебя одно очень интересное предложение...

– Вот как?
– Глэдис задумалась. В голосе Рауля явственно прозвучало волнение, что, вообще-то, бывало с ним нечасто.
– Знаешь, - проговорила она чуть менее уверенно, - я даже не знаю, стоит ли мне слушать тебя дальше. Мой муж...

– Ты все-таки выслушай, - перебил Рауль.
– Это задание как раз для такой привереды, как ты. Нужно отснять бракосочетание особ королевской крови в Лондоне. Это совершенно безопасно, тем более что там будут коронованные особы со всей Европы. Тебе повезло, нужен не просто хороший фотограф, а фотограф, который бы прилично выглядел и умел вести себя в обществе. Согласись, нельзя же послать на королевскую свадьбу какого-нибудь волосатого-бородатого в драных джинсах, будь он хоть гением художественной съемки! Словом, как десять минут назад сказал мне главный редактор, им нужна женщина, которая бы "выглядела как настоящая леди и умела себя вести как леди". Кроме того, раз ты все равно будешь в Лондоне, имеется еще одна работенка. Лондонская полиция вышла на банду, которая промышляет детской проституцией. В бизнес вовлекаются девочки в возрасте от восьми до четырнадцати лет, которые фактически находятся на положении рабынь. Это настоящий "горячий" материал. То, что ты там наснимаешь, появится в газетах всего мира. Работать будешь, разумеется, с полицией, так что в случае чего они тебя защитят. И, самое главное, на все про все у тебя уйдет не больше недели!

– О черт!
– воскликнула Глэдис. Предложение Рауля в самом деле выглядело чрезвычайно заманчиво. Может быть, Дуг клюнет на бракосочетание королевских особ. Саму же Глэдис гораздо больше интересовал репортаж о детской проституции. Во-первых, она готова была сделать все от нее зависящее, чтобы этот кошмар прекратился. Во-вторых, это действительно была "горячая" работа для настоящего профессионала.

– Зачем ты мне все это рассказал, Рауль?
– вздохнула она.
– Ты что, специально задался целью любым способом разрушить мой брак?

– Ты - одна из лучших моих клиенток. Вспомни хотя бы свой гарлемский репортаж!

– Но это же было совсем другое дело! Дорога до Гарлема и обратно занимала у меня всего полтора часа на поезде. Успевала даже вернуться домой вовремя и приготовить детям ужин!

– Я сам буду готовить твоим детям ужин, пока ты будешь отсутствовать! перебил Рауль.
– Или найму для них повара. Только...
– тут голос его стал умоляющим, - ради всего святого, Глэдис, не говори мне "нет"! Ты просто обязана взяться за эту работу.

– Когда состоится бракосочетание?
– устало спросила Глэдис, надеясь, что у нее будет время, чтобы подготовить Дуга.

– Через три недели, - ответил Рауль как-то уж очень небрежно, и Глэдис принялась быстро подсчитывать в уме.

– Но ведь это же День благодарения <День благодарения - национальный праздник, ежегодно отмечаемый в США в четвертый четверг ноября. Считается семейным праздником и отмечается традиционным обедом с фаршированной индейкой, клюквенным вареньем и открытым тыквенным пирогом.>!

– Более или менее, - неопределенно высказался Рауль. Ему очень хотелось, чтобы она согласилась.

– Что значит - "более или менее"?
– возмутилась Глэдис.

– Хорошо, хорошо, это действительно падает на праздничную неделю. Ну и разве это не прекрасно? Когда еще тебе представится шанс посидеть за индейкой с президентом?

– Это не смешно, Рауль, - с досадой перебила его Глэдис.
– Дуг тебя просто прибьет.

– Твой старый пингвин?
– Рауль фыркнул.
– Это я его убью, если он снова тебе помешает. Слушай, Глэд, сделай мне одолжение: подумай как следует над моим предложением, ладно? Завтра я жду твоего звонка...

– Завтра? Ты с ума сошел! Ты даешь мне всего одну ночь, чтобы объявить мужу о том, что в День благодарения я собираюсь бросить его и детей одних?!

– Я даю тебе целую ночь и полдня, - хладнокровно уточнил Рауль.
– Кроме того, я выполняю благородную миссию: спасаю тебя от скуки и от мужа, который не способен по достоинству оценить твой талант. Использовать тебя просто как шофера и повара - это преступление. Ты обязана это изменить. Сделай это для меня, Глэдис. И для себя. В конце концов, себе ты должна больше, чем мне.

– Я попробую что-нибудь предпринять, - мрачно ответила она.
– Каков бы ни был результат, я позвоню тебе завтра или послезавтра. Если, конечно, буду еще жива...

– Вот и умница, - ответил Рауль в своей обычной манере и добавил уже вполне серьезным тоном:

– Спасибо, Глэдис, До завтра.

– Не забудь прислать телеграмму с соболезнованиями, если завтра мое безжизненное тело найдут где-нибудь в парке, - пошутила Глэдис.
– Хоть ты и обозвал Дуга "старым пингвином", когда дело касается его интересов, он превращается во льва.

– Твоему Дугу давно пора понять, на ком он женился. Он не может держать тебя под замком вечно.

– Не может, но пытается. И очень удачно. В общем, до завтра, Рауль.

– До завтра.

Она аккуратно положила трубку на рычаг и долго стояла возле кухонного стола, стараясь унять дрожь возбуждения. При одной мысли о том, что скажет Дуг, ей сразу становилось не по себе, но она ничего не могла с собой поделать. Рауль, как настоящий бес-искуситель, прекрасно знал, что ей следует предложить.