Великий немецкий натуралист считал, что легенда об Эльдорадо напоминает античные мифы, которые странствовали из одной страны в другую и последовательно привязывались к различным местностям: "Это предание представляет собой местный миф, какими были почти все мифы греков, индусов и персов". Легенда о "позолоченном человеке", как справедливо считал Гумбольдт, была первоначально связана с массивом Анд в Новой Гранаде, с равнинами, примыкающими к их восточным склонам, потом она передвинулась от верховьев Какеты к верховьям Риу-Бранку и Эссекибо.

"Никто в Европе больше не верит в богатства Гвианы,- продолжал свою мысль ученый,- город Маноа. с его дворцами, облицованными пластинками из чистого золота, уже давно канул в небытие, но географическая оправа, украшавшая легенду о Дорадо,- озеро Парима, в котором отражалось множество пышных зданий, свято сохранялось географами".

Что же нашел Гумбольдт в этих заповедных краях? Восточнее Касикьяре он обнаружил обширную низменность. В ней, по сведениям местных индейцев и монахов, будто бы располагалось озеро, из которого вытекали многие реки, в том числе и Ориноко. Тщательно обследовав эти места, Гумбольдт убедился, что "огромное" море Парима оказалось скромным озером, в окружности не более трех - пяти километров. Названий у него было много: Амуку, Гуаяна и т. д.

Как выяснилось, Амуку было частью русла одного из притоков реки Паримы. Во время зимних паводков озеро превращалось в "море", принимая в себя огромную массу воды из притоков. Таким образом, в зависимости от времени года оно меняло свои размеры - этого не приняли в расчет все те, кому удалось побывать здесь до Гумбольдта.

Подведя итоги наблюдениям, немецкий ученый пришел к выводу, что слюдяные породы горы Укукуамо (индейцы называли ее золотой горой), разливы реки Парима и в особенности само озеро Амуку, считавшееся главным истоком реки Паримы, и послужили основанием легенды о Белом море, или озере Парима.

Так была вписана заключительная глава в бурную летопись Эльдорадо, так завершилась история поисков этой страны, поисков, которые поглотили тысячи людей, питая на протяжении трех веков несбыточные иллюзии. Последняя крупная экспедиция, организованная в 1775 г. губернатором испанской Гвианы доном Мануэлем Сентурионом, так и не достигла желанного Эльдорадо, причем почти все ее участники погибли.

Однако и после путешествия Гумбольдта, доказавшего, что озеро-море Парима не более как мистификация, оно продолжало упорно появляться в географических атласах. В 1807 г. английский географ д'Арси де ла Рошетт составил карту Южной Америки под названием "Колумбия прима". На ней он поместил огромное озеро Парима, сопроводив его такой подписью; "Золотое озеро или озеро Парима, называемое также Парана, Питинга и т. п. Белое море, на берегах которого путешественники XVI в. помещали воображаемый город Маноа или Дорадо". В 1816 г. в Париже был опубликован всемирный географический атлас. Его составитель Поль Шанлер, автор национального атласа Франции, остался верен морю Парима. Фигурировало оно и на карте 1818 г., изданной в Вене и составленной неким Фридом на "основе наблюдений Гумбольдта". Даже в 1851 г. была переиздана без малейших изменений знаменитая карта ла Рошетта. Вот насколько устойчива была эта традиция.

Покончив с призраком Эльдорадо в Гвиане, Гумбольдт и его спутник отправились на Кубу, а оттуда - в Новую Гранаду. В апреле 1801 г. они уже плыли на "бонго" - большой пироге по величавой Магдалене. 55 дней понадобилось им, чтобы добраться до селения Онда, за которым река становилась несудоходной. Поднявшись на мулах в горы, путники оказались на Боготском плато.

Познакомившись с древней историей этого края, Гумбольдт заинтересовался священными озерами и самым известным среди них озером Гуатавита. Сдерживая волнение, Гумбольдт стоял на обрывистом склоне, вглядываясь в спокойную гладь озера. В одной из скал он заметил вырубленные ступени, уходившие под воду. Это были остатки церемониальной лестницы, по которой когда-то спускался на плот "позолоченный правитель".

Гумбольдт горячо отстаивал идею частичного осушения озера. При всем том его не интересовала коммерческая стоимость индейских сокровищ. Он мечтал о выставке неповторимых индейских украшений, спасенных из мрака забвения на радость людям. Но хотя намерение его так и не было осуществлено, после его путешествия в Колумбию всем стало ясно, что фантастическое озеро в горах, на берегах которого жили процветающие индейцы, богатые золотом, действительно существовало, но не в Гвиане, а на высокогорном плато Восточных Кордильер - в Колумбии и называлось оно не Парима, а Гуатавита.

Казалось бы, история Эльдорадо завершилась. Однако, еще .когда его усиленно разыскивали в тропических дебрях Южной Америки, произошла дальнейшая любопытная трансформация мифа. Отразив власть "золотого тельца" над человеком складывавшегося буржуазного общества, Эльдорадо со временем стало символом благословенной страны, страны счастья, новым вариантом земного рая.

Выдающиеся европейские писатели не остались равнодушны к новому поэтическому образу. Одним из первых его использовал в эпической поэме "Потерянный рай" английский поэт Джон Мильтон (1608-1674 гг.). Он написал поэму в 1667 г., когда легенда о золотой стране переживала самый расцвет.

Почти столетие спустя к Эльдорадо обратился великий французский сатирик Вольтер. Интерес его к этому американскому сюжету был не случаен. В середине XVIII в. Франция с восхищением следила за исследованиями в бассейне Амазонки математика и географа Шарля-Мари де ла Кондамина, близкого друга Вольтера.

Философская повесть Вольтера "Кандид" вышла в свет в 1759 г. В ней действуют два молодых героя - изгнанник Кандид и его слуга Кокамбо. Волей автора они совершают далекое путешествие из Испании в Буэнос-Айрес, затем в Парагвай и в земли индейцев орельонес (уж не имя ли Франсиско Орельяны использовано здесь Вольтером?). Бурная, порожистая река выносит путников в страну Эльдорадо. Семнадцатая глава повести так и называется: "Прибытие Кандида и его слуги в страну Эльдорадо и о том, что они там увидели".