Шрифт:
Ракеты типа «Земля-земля», покинув жерла направляющих, уходили высоко в небо, чтобы взорваться где-то за десятки километров.
Миха расходовал последние пули из своего «ПМД-9», не давая боевикам дотянуться до трех оставшихся маяков, когда почувствовал острую боль в плече: его будто обожгло в районе лопатки, да так, что исчезла возможность пошевелить рукой. Миха упал, невыносимая боль гасила сознание. «Хорошо, что я еще анаболик вколол», — успел подумать Кемпл и упал.
Уже лежа на спине, он почувствовал содрогание почвы. Сначала редкое, но учащающееся, и вот уже земля дрожала не переставая.
Четыре вертолета вылетели из-за сопки. Два «беркута», разведчик — «шмель» и эвакуатор «РН-11».
— Ни хрена себе! — воскликнул командир звена. — Да тут земля буквально кипит!
Боевые части ракет ровняли с землей одну из гор. Мощные взрывы вздымали груды породы в воздух, образуя купола из земли и огня и обрушивая все это вниз. Впрочем, продолжалось это недолго, но пейзаж выглядел поистине как лунный.
— И что, есть кто живой?
— Говорит «шмель», фиксирую работу передатчика на самой вершине.
— Делать нечего, — согласился командир авиационного звена. — Если работает маяк, могли уцелеть и люди.
— Внимание, движение в районе подножия.
— Ясно. Работаем по стандартной схеме. «Одиннадцатый», подбирай оставшихся, если там вообще кто-то уцелел, в чем я сильно сомневаюсь. Остальные раскручиваем «Воронку».
— Есть, командир.
Эвакуатор с поисковой группой и «шмелем» ушли подбирать уцелевших. С «РН-11» на тросах спустились поисковики и стали бегать от воронки к воронке в поисках передатчика и людей.
А два «беркута» расходились в стороны, взяв вершину полуразрушенной горы за центр своей «Воронки». Вертолеты встали друг напротив друга и открыли огонь неуправляемыми ракетами и пушками, двигаясь по часовой стрелке, будто вворачивающийся винт. Ракеты взрывали все, что им попадалось на пути, и оставшиеся после недавней бомбежки боевики сломя голову драпали через лес, не разбирая дороги. Спорить с «беркутами» никто не хотел. А вертолеты жгли и жгли всю местность под собой.
Они успели сделать пять оборотов, основательно перепахав землю, когда с «РН-11» передали:
— Порядок. Всех, кого нашли, — погрузили.
— Точнее.
— Девять человек, как и показывал маяк.
— Тогда уходим.
И «беркуты», сделав прощальный залп, направились к ближайшей базе.
98
— Здравствуйте, полковник.
— Здорово, герой! — браво поприветствовал полковник Брамвей и вошел в госпитальную палату. — Отдыхаешь?
— Есть немного…
Миха Кемпл со своими людьми уже третью неделю валялся в госпитале, но на то были свои причины: серьезные раны. Снайпера с Пироманом вообще едва откачали, и они до сих пор еще находились в коме.
— Что там Первый? Говорит?
— А куда он денется?! — хохотнул полковник. — Я чего пришел? Ах да! Вам, как особо отличившимся, полагается награда.
— И какая?
— С вашего срока списывается по полгода. Ну и денежный бонус, куда ж без него? Тем более что Первый столько счетов выдал, с такими миллионами, что закачаешься.
— Сэр, а нельзя ли немножко по-другому сделать?
— Что именно?
— Полгода остаются за мной, но вы даете мне четыре месяца отпуска.
— Зачем так много?
— Домой съездить. Пока туда, пока обратно, мне там с неделю и останется погулять.
— Ну…
— Все равно нам сейчас не до боев, еще лечиться и лечиться. А бонуса наверняка хватит на билеты.
— Хорошо, — сдался полковник. — Я могу это устроить, что только не сделаешь для героев.
— Спасибо, сэр. Я вам очень благодарен.
— Да ладно уж…
На самом деле Миха хотел домой совсем по другой причине. Врать родителям бесконечно было нельзя, и он вообще удивлялся, как они еще обо всем не догадались. Другой причиной являлся «белый сон», он наваливался все чаще и чаще, и с этим нужно было что-то делать, иначе могли просто списать и отправить отсиживать оставшийся срок в тюрьме. Миха надеялся, что гражданские врачи сумеют ему помочь в этой беде. Последней причиной был Призрак. За время лежки в госпитале он так надоел ему, что Кемпл решил избавиться и от него.
99
Миха полной грудью вдохнул тухловатый воздух Вимеи. Он прилетел на свою родню планету, и все эти противности, вроде запаха, витающего в воздухе, и вездесущего гнуса, были пока что в радость. Ведь он так долго не видел дома.
Наступал вечер, и Миха взял такси, чтобы не трястись в общественном транспорте.
— Куда?
— Красноперского, двенадцать.
Машина такси резво катила от космодрома к городу по автостраде, построенной на сваях, уходивших на десятки метров в глубину болот.