Шрифт:
Отъехав на безопасное расстояние, Петрович затормозил на обочине у горного ручья. Когда все вышли из машины, Серега продолжал лежать на капоте, будто и не собирался с него вставать.
– Понравилось, что ли?
– удивился Петрович.
– Тебе бы так!
– зло заорал Серега.
– Яйца, знаешь, как напекло! Не капот, а сковородка!
– На закуску будет яичница, - рассмеялся Валюха.
– А чего ты не слезаешь-то?
– спросил Влад.
– Да руки занемели, - пожаловался Серега.
– Не могу расцепить. Помогите, что ли...
Пальцы у Сереги оказались сильными и цепкими: ни Петрович, ни Валюха, ни Влад не смогли их разжать.
– Чего делать будем?
– почесал затылок Петрович.
– Эврика!
– обрадованно завопил Валюха.
– Надо его пощекотать.
– Вы чего, дураки, что ли?
– взмолился Серега.
– Точно, - одобрил Петрович.
– Он сам говорил, что ревнивый, значит, щекотки боится.
Он задрал Сереге пиджак и майку и стал засовывать ему под ребра пальцы.
– Ха-ха-ха!!! Убью-ха-ха-козлов! Убью козлов! У-у... Ха-ха-ха-ха!!!
Серега забился в истерике, колотя ногами по капоту.
– Стой, скотина, железо промнешь!
Петрович, взбеленившись, вмазал Сереге кулаком по ребрам.
– У-я!
– взвыл Серега.
– Ну все, лучше не отцепляйте всех поубиваю нахрен!
– Извини, брат, это я сгоряча, - покаялся Петрович.
– О, я придумал. Давайте ему водки дадим, чтобы расслабился, - предложил Влад.
– Не возражаю, - примирительно отозвался Серега.
Только после того, как Сереге влили в глотку полбутылки "Пшеничной", он размяк и его удалось отодрать от "дворников", но пальцы у него так и остались скрюченными до конца дня. А день они провели там же у горного ручья, за водкой под курицу, про которую вовремя вспомнил Влад: ему ее дала мама, чтобы поел в дороге, а он забыл про нее в поезде.
После изрядной дозы Серега разоткровенничался, и очень скоро выяснилось, что никакую гостиницу он для них не нашел и вряд ли найдет, потому что его уже полгода как выгнали из пожарной охраны и он уже не такой уважаемый человек, как был, а точнее, совсем неуважаемый, но и "их" он за это не уважает, и вообще плюет на "них", потому что "все они пидоры" и т.д. и т.п. Дальше уже пошел матерный бред, из которого можно было только уяснить, что жить Валюхе с Владом придется пока у Сереги, потому что больше негде, но у него дома имеется жена, которая не сильно будет рада гостям, поэтому надо дождаться темноты, чтобы "проникнуть в помещение незамеченными". Все это было бы грустно, если бы не было выпито столько водки, и Влад с Валюхой безумно ржали над каждым серегиным словом.
После очередной серегиной байки у Влада началась от смеха икота.
– Иди попей водички горной - должно помочь, посоветовал Петрович.
– Или поблюй, - участливо посоветовал Валюха. Ему и самому с каждой минутой становилось все хуже от теплой водки.
– Угу, - промычал в ответ Влад, держась за вздрагивающий живот.
Влад поднялся с камня, на котором сидел - мир качнулся перед его глазами. Он помотал головой - все вокруг поплыло и завертелось, складываясь в калейдоскопические завихрения: синева неба, вкрапления мелких серых камней под ногами, зелень листвы, бесцветные вспышки солнца, красные круги перед глазами... Влад попытался сосредоточиться и услышал шум ручья - он повернулся и пошел с полузакрытыми глазами на этот шум.
Вода была прохладной и прозрачной - она весело журчала у берега и манила насладиться своей свежестью. Влада охватило веселое радостное чувство: ему вдруг ничего не стало страшно. И горы, и Серега с Петровичем, и друг Валюха, и этот ручей - все любили его бесконечной любовью и все желали ему добра. С улыбкой на лице Влад забрался на большой камень, взмахнул руками и прыгнул в ручей - вода с готовностью подхватила его и понесла вниз по течению, навстречу морю. Море... Теплое и лазурное...
Исчезновение Влада заметили только через сорок минут. Сразу стало ясно, что его унесло быстрым течением ручья. Весь вечер и всю ночь трое его приятелей просидели в машине спорили, что делать. Под утро уснули. Проснувшись относительно трезвыми, тут же заявили в милицию. Группа добровольцев из местного населения прошла вдоль всего ручья - нашли застрявший в небольшой запруде ботинок. Вечером того же дня к городскому пляжу волнами прибило опухшее посиневшее тело Влада.
10. Неожиданный конец третьей части
– Идиот!!!
– набросился Укладчик на клоуна Рейнджера. И это у тебя называется "выход в люди"?! А еще обещал рассказать про то, как он "узнал любовь"... Кретин!!!
– Что ты наделал! Ты лишил его жизни!
– Валидатор в ужасе рассматривал убийцу "Пятого земного воплощения".
– Зачем ты это сделал?
Клоун Рейджера только виновато моргал и недоуменно пожимал плечами:
– Я не хотел. Я писал, как Рейнджер. Придумывал на ходу. Без всякого умысла. Что приходило в голову. Я не знал до последнего момента. Так получилось...
– Но как ты мог?!
– удивлялся Валидатор.
– Тебе хотя бы известно, что ты совершил с земным воплощением Рейнджера НЕОБРАТИМОЕ событие? Теперь ни тебе, ни мне, ни Весельчаку не удастся его воскресить! НИКОМУ!!!
ноябрь 1997 - январь 1998 года
Copyright (c) 1997-1998 Alexandre Romadanov
|продолжение следует|