— Добрый вечер... Доктор Марега учит меня играть на бильярде.

— Жаль, что я не потренировал тебя заранее, Мари. Тогда бы ты наверняка обыграла мистера Марегу.

Его дружеская фамильярность почему-то застала меня врасплох, а Марега иронично заметил:

— Полагаете, что вам это удастся самому, мистер Эньярош?

Между прочим, мы по-прежнему сохраняли «позицию».

— Даже не сомневайтесь. Какую хотите фору?

— Фору? — отстраняясь от меня, хохотнул Марега и велел Хулио снова сложить пирамидку. — Лучше подумайте, сэр, какую сумму проиграть вам по карману?

— Я бы тоже сыграл, — неожиданно пробасил Педро.

И как только эта туша умеет материализовываться словно из воздуха?

— На поцелуй сеньориты! — добавил он.

Похоже, сегодняшнему вечеру предстояло войти в анналы истории этой бильярдной, потому что опять вся публика напряженно следила за разворотом событий у нашего стола.

— Отличная идея, Педро! — сказала я. — Не так ли, господа?

Марега и Эньярош уставились на меня как на заговорившую статую. Конечно, я повела себя как полная идиотка под действием чар Мареги, но до чего же хороши были они оба! Честное слово, если бы сейчас мне предложили выбирать, я оказалась бы в серьезном затруднении...

Я слегка переживала за травмированное плечо Эньяроша, но напрасно: в первой же партии он в пух и прах разнес ошеломленного Марегу. Я чувствовала, что для доктора медицины это полная неожиданность, он настолько по-детски расстроился, что в следующей партии я болела уже за него. И Марега выиграл! Но теперь я огорчилась из-за Эньяроша...

В третьей партии Игнасио лидировал с небольшим перевесом, но все же лидировал. А четвертая снова принесла удачу доктору Мареге. Пятая партия, в которой победителем должен был стать определенно Эньярош — шары летели в лузы как заговоренные, — близилась к концу, но, судя по всему, не к концу «турнира». А мне уже очень хотелось есть, ведь в последний раз мы с Игнасио перекусили часов в одиннадцать утра, потом нашли дневник и нам было уже не до обеда, а потом явился Марега...

— Господа, может быть, еще одна партия и мы закончим на сегодня? — дипломатично предложила я, чувствуя полную готовность расцеловать обоих, если мне сейчас принесут кусок мяса. Впрочем, я была уже согласна даже на порцию пустых макарон. — Будет по три партии, все поровну: по три поражения и по три победы.

— Вы уверены, мисс Судья, что в следующий раз проиграю именно я? — Эньярош загнал в лузу последний шар, не оставив ничего противнику.

Хулио принялся собирать шары в рамку.

— Обязательно, — ответил за меня Марега, — иначе и быть не может.

И он оказался прав.

— Может быть, самую последнюю? — с надеждой в голосе спросил Эньярош.

Марега тоже умоляюще смотрел на меня.

— Нет, — непреклонно сказала я, наслаждаясь ролью повелительницы. — Давайте ужинать.

— Выходит, сеньорита не поцелует никого? — расстроился Педро.

Надо же, он все время был тут, а я видела только Игнасио и Марегу. Сейчас они послушно сложили свои «клинки» и вытирали испачканные мелом руки, но я чувствовала, что не только я, но и они оба находятся все в том же головокружительном состоянии куража, которое толкает взрослых людей на совершенно неожиданные и не характерные для них поступки.

Вероятно, медик мог бы объяснить все это действием гормонов и чего-то там еще скучно-физиологического, но зачем какие-то объяснения, когда рядом с тобой два самых красивых в мире мужчины, радостно-готовых сражаться за тебя! И будоражащее ощущение сложности выбора, и излучаемый нами троими пьянящий аромат приближающейся неизбежной страсти, который вызывает завистливый восторг окружающих, и волшебное чувство внутри тебя уже сейчас от одного их присутствия... А пустой желудок только делает эти все переживания объемнее и острее.

Вместо ответа я подмигнула Педро, подошла и поманила его пальцем. Польщенный моим вниманием гигант наклонился. Я привстала на цыпочки и решительно чмокнула его в лоб. Осчастливить поцелуем тигриную улыбку я все-таки не решилась.

— Однако! — в один голос воскликнули Иг-насио и Марега. И смутились оттого, что «однако» вырвалось у них одновременно.

Педро, открыв от изумления рот, трогал свой лоб, как будто от моего поцелуя там могли вырасти цветы, а я милостиво повелела Эньярошу и Мареге пожать друг другу руки в знак окончания поединка. Наверное, игроки с других столов наблюдали за нами, но для меня уже не существовало никого, кроме моих красавцев, да еще, пожалуй, растроганного силача Педро. Ха! Итого у меня уже три поклонника! Или я схожу с ума?..

— Вы великолепно играете, Марега. — Игнасио протянул руку доктору медицины.

— Вы тоже, мистер Эньярош! — со всего размаху Марега сжал руку Игнасио и в знак искренности своего расположения с силой потряс ее.

Игнасио побледнел и опустил глаза. Боже мой, догадалась я, ведь это же больная рука!

— Вы не верите мне, сэр? — растерялся Марега, продолжая сжимать и трясти руку Эньяроша.

— Пойдемте, пойдемте ужинать, — поторопила я их, не решившись сказать про травму Игнасио.