Через верхнее отверстие Хассан пропустил некоторое количество CO2, и мы погасили огонь. Ничего серьезного: возгорание трансформаторов из-за короткого замыкания в реле. Никакой магии, мы в безопасности. Выйдя наружу, я отряхнул руки от сажи и позвал:

– Ребята, на совет!

Все собрались вокруг меня.

– Минди, займись инвентаризацией! Рич и Джессика, подготовьте снаряжение для немедленного отправления в путь! Абдул законсервирует самолет и позаботится о его аварийном самоуничтожении. Донахью – с огнеметом. Джордж, бери свое суперружье – идем обследовать остров по периметру!

– Противотанковая пушка системы "мастерсон", – пояснил Джордж, стараясь попасть в ногу со мной.

– Прекрасно! Называй ее хоть "Тутси", только пусть всегда будет заряжена.

– Пожа-алуй… – протянул Джордж.

– Ты о чем?

– Да насчет "Тутси".

– О черт! – Я резко остановился.

Мы все время шли по следу, оставленному на песке шасси. Вот оно, то место, где самолет впервые коснулся земли! Держась подальше от волн, омывающих берег, я всматривался в океан: мне показалось, что под водой скрываются какие-то гребни – то на какой-то миг появляются среди волн, то снова уходят в глубину. Я обратил на это внимание Ренолта: каково его мнение на этот счет? Джордж настроил бинокль и стал внимательно изучать эти образования.

– Для живых существ слишком неподвижны… И в то же время их форма… нет, это не ловушка искусственного происхождения.

– Вывод?

– Полуразрушенный причал. Вон там опоры, а там – волнорез.

Итак, мои опасения, что мы потревожили морское чудовище, оказались напрасными – до известной степени, конечно. Прогуливаясь вдоль берега, мы не встретили ничего примечательного, пока не дошли до восточной оконечности. И вот тут нам предстало нечто прикрытое морскими водорослями. Но и доступного взору более чем достаточно: перед нами тело мужчины в костюме для подводного плавания, лежащее лицом вниз на песке. По всем признакам – мертв. Отодвинули водоросли: нижняя часть тела вообще отсутствует, дальше бедер – ничего; мокрый костюм оканчивается жутким зрелищем торчащих костей и вывалившихся внутренностей. За спиной все еще висят на ремнях баллоны с воздухом; дыхательная трубка торчит изо рта; лицо закрыто раздавленной маской; через плечо – объемистая сумка; на поясе – специальное снаряжение для подводного плавания.

С помощью наручных часов я послал сигнал команде; все примчались с оружием на изготовку. На безопасном расстоянии от нас остановились и, прежде чем приблизиться к нам, обследовали берег. Не обнаружив ничего подозрительного или опасного, подошли и встали рядом с трупом.

Джордж осторожно перевернул тело и снял с лица маску: неприятное лицо… лицо человека, которому, чтобы улыбнуться, нужно письменное распоряжение босса. Крупный мужчина: такая мускулатура – результат тяжелой физической работы, а не гимнастических упражнений; руки в мозолях, особенно по краям ладоней. Я обратил на это внимание Минди. Она обследовала подушечки пальцев и ногти на больших пальцах.

– Коллега по единоборствам, безусловно! Определенно изучал каратэ, возможно – что-то еще.

– Сильный, тренированный. Серьезный противник. Что скажешь, святой отец? – я указал на нижнюю часть трупа.

– Перекушен. – Священник, опустившись на колени, исследовал рану карманным медицинским зондом. – Но не акулой: рана не рваная, отсутствуют следы зубов. Чистый срез – по нему как бы прошлись гильотиной.

– Любопытно… И что ты предполагаешь?

– Ничего.

– Смерть наступила не так давно. – Ричард прикоснулся к плечу мертвого кончиком своего жезла. – Трупного окоченения еще не произошло, тело не распухло от воды.

Вряд ли подобная терминология подошла бы для застольной беседы, но ведь мы не новички в подобных делах, разбираться в состоянии трупа – часть нашей рискованной работы. К счастью, Абдул оставался невозмутимым – славный парень.

– Проверим его вещи! – скомандовал я.

В водонепроницаемой кобуре у бедра – десятимиллиметровый автоматический пистолет с взрывными пулями; имя производителя и серийный номер счищены. Странно… В патронташе на поясе – десять запасных патронов, нож с серебряным лезвием, четыре термитные ручные гранаты. В сумке, как мы и ожидали, – смена белья (без этикеток), консервы непонятного происхождения, отдельные предметы туристского снаряжения. Внутри пары носков мы обнаружили маленькую книжечку на незнакомом языке. Я передал ее нашему интеллектуалу.

– Это греческий, – установил отец Донахью, перелистывая страницы.

– Можешь почитать, что там написано?

Он скосил на меня глаз.

– Я католический священник.

– Ну и что?

– Оригинал Евангелия написан на древнегреческом.

– А я думала – на латыни, – призналась Минди.

Донахью, кажется, начал раздражаться.

– Ветхий завет написан на иврите. Новый завет – на греческом. Обе книги переведены на латынь примерно в двухсотом году нашей эры.

– О!

Священник пробурчал себе под нос что-то насчет тупиц и еретиков. Хорошо хоть, обо мне не высказался…

Мы хладнокровно сняли с мертвого одежду в поисках дополнительной информации. Под мокрым костюмом – одни плавки, как обычно. Татуировок нет, но повсюду следы мелких шрамов, особенно на спине. На всякий случай я проверил шею – и точно: вот он, невидимый ошейник с регистрационными знаками! Настроил темные очки на максимум, и тогда удалось прочитать едва различимую надпись на овальных металлических бляшках.

– "Machlokta d'Sitna". – Я вытер пальцы о песок.

– "Служба сатаны", – перевел Ричард и сделал шаг назад.