Ничего не поделать, но пацаненок «мета-человечек» оказался более человечным, чем вся толпа, которая, расслышав мои слова приготовила кулаки и раззявила рты, надеясь прокричать свое великое право открывать пасть на всех, кто хоть как-то не вписывается в их мировоззрение.

– Вы хотите быть рабом инопланетян?! – Журналистка сделала попытку догнать меня и даже догнала, требовательно хватая за рукав и дожидаясь ответа на заданный вопрос.

– А вам не надоело быть рабыней своего канала? Никогда не хотелось заняться своим делом? – Ответил вопросом на вопрос, я. – Вы живете в кредит. Раскатываете на машине, купленной в кредит. Покупаете в кредит шмотки и платите за аренду утлой комнатешке, не зная, приедет ли к вам «Скорая» на вызов или вы сдохнете в подворотне, потому что полицейская машина проехала мимо, не слыша ваших криков?

Я вздохнул.

Зря я это говорю.

Не поймет.

Ни один европеец – не поймет.

Они рабы с крови предков своих, что радостно тащили сеньору девственниц на право первой ночи, а сами тихонько ждали, когда можно будет украдкой сбегать в сеньорский лес и нарубить там дров или поймать запретного кролика.

Обойдя опустившего глаза оператора с характерным римским шнобелем и смуглой итальянской кожей, выскользнул из толпы и пошел к пирсу, на котором меня должны были встречать.

Толпа позади меня вопила и улюлюкала, выкрикивая оскорбления в адрес Супса и требуя его крови прямо «здесь и сейчас»…

Надеюсь, когда на них с небес свалится метеорит, Супермен будет серьезно занят.

По крайней мере, хоть тогда на планете станет немного чище от генетического мусора…

Спустившись к воде, спрятался за ярко-красный тент и достал из сумаря фляжку.

Открутил крышку и сделал один-единственный глоток, смывая терпким алкоголем сказанное и услышанное.

Не, не быть мне «добрым и всепрощающим», побуду-ка я теперь, лучше, «молчаливым и фильтрующим».

Сделав еще глоток, закрутил крышку, убрал фляжку в сумку и уставился на простор речной волны, ожидая хоть какого-нибудь чуда.

– Дэн Кей Дайнец? – Молодой парень с разбитой губой и съехавшими, сломанными очками, появился передо мной через полчаса после того, как вышли все сроки.

Помятый, с наливающимся синяком на скуле, сбитым кулаком и воинственно дышащий, парнишка выглядел как юный супергерой, только-только проходящий обучение в деревне супергероев, после которого, он супергероически кинется спасать с деревьев кошечек и переводить бабушек через переходы.

Не плохой парень.

Что-то в нем было хорошее.

– Дэн Кай Дайнец. – Поправил я парня. – Не КЕЙ, а КАЙ.

– Простите. – Парень шмыгнул носом. – В документах просто стоит буква «К»…

– Пофиг… - Отмахнулся я. – Разобрались ведь…

Подхватив сумку, последовал за своим визави, который провел меня с одного пирса на другой, потом усадил в такси, предварительно отдав билет на рейс до турецкого Сабихи Гёкчен, откуда мне придется брать такси до офиса «Арьяго», закрывать контракт и…

Быть, наконец-то, свободным!

Парню, «просто так», подлечил его «побитости» - ну, что-то было у парня в глазах, чем-то отличался он от бараньего сообщества сиднейских улиц, выделялся…

Откинувшись на спинку пассажирского «Вольво», под аккомпанемент восточного, заунывного рэпа-речитатива, добрался до аэропорта и, оформив сумку, как ручную кладь, прошел в салон самолета, жутко напоминающего мне ИЛ-86.

– Первый раз летите нашим рейсом? – Женщина-стюардесса склонилась надо мной, обдав запахом тонким и холодным, от которого захотелось поежиться, как от морозного воздуха, влетевшего в открытое по зиме, окно.

– Да.

– Алкоголь на борту запрещен. – Предупредила женщина, явно унюхав от меня запашок. – Могу предложить чай и прохладительные напитки…

– А кофе есть? – Полюбопытствовал на всякий случай я, слабо надеясь на нормальную заварку.

– Кофе – есть. Но, должна предупредить, кофе – очень сильный стимулятор, а лететь нам двадцать часов! – Женщина, вот теперь я разглядел бейдж с именем «Маргерит», покачала головой, не особо желая давать «стимулятор» человеку, слегка-слегка благоухающему алкоголем.

Понять – могу.

Но кофе – хочется…

Еще раз взглянув на женщину, «копнул» вероятности и не удержался от брезгливой гримасы – ну, что тут скажешь, часто в фантике оказывается какашка…

– Кофе, пожалуйста. – Я решил не идти на конфликт, но у Маргерит оказалось на все свое собственное мнение и она вновь начала расписывать мне вред легкого стимулятора под названием «кофе».

– Кофе пожалуйста. – Не повышая голоса и с максимальной улыбкой, возможной в данной ситуации, потребовал я, прекрасно понимая, что склочная тварь обязательно постарается затеять концерт, отрабатывая свое жалование «козы-провокаторши».