– Тшани, вот скажи, кому будет лучше, если я перестану работать? – скрестила руки на груди.
– Ведь то, что я делаю, нужно прежде всего простым горожанам. Сама видишь, цены в лавке не слишком высокие, это точно дешевле, чем звать лекаря, который зачастую не способен помочь. Ты же видишь, сколько людей приходит к нам ежедневно за самыми обычными настойками – от боли, от расстройства желудка, от жара.

– Женщина должна ждать господина с работы и готовить ему обед, - стояла на своем Тшани. – Лекари пусть варят настои и лечат горожан.

Не стала продолжать бессмысленный спор, только головой покачала, поражаясь узости мышления собственной помощницы. Прискорбно, - только и остается констатировать мне. Надеюсь, Харишаф я сумею отстоять, и Тшани не продаст ее какому-нибудь лотру, готовому заплатить за девочку выкуп.

Слухи обо мне по городу ходили один другого нелепее. Самый распространенный – Адали, посланная Богами, чтобы… а вот дальше начинались споры и разногласия. Про диаракхорнов никто не думал, здесь, вдалеке от Аоршских гор гордых ящеров считали едва ли не сказкой. Нет, горожане знали, что далеко в горах живут огромные звери, боялись их, иногда видели на «праздниках» повелителя. К счастью, довольно редко.

Самая распространенная версия, для чего я появилась в их мире – составить счастье повелителя. Близкие - Тшани и Рошар знали о моем отношении к Тревору, остальные пусть думают, что хотят. Еще версия, тоже довольно распространенная, связана с моими навыками. В Аурейю даже стали приезжать жители других городов, куда успели донестись слухи об избранной травнице, летающей на драконе. Поблизости от моей лавки предприимчивые горожане стали сдавать свои квартиры и комнаты желающим попасть в мою лавку. С утра у входа толпились лотры и мии, желающие просто посмотреть на меня.

К счастью, Рошар вернул стражей, с которыми я, признаться, чувствовала себя комфортнее, чем без них. Входила и выходила из лавки, пользуясь запасным входом или крыльями, но несмотря на царящую вокруг суету мне все нравилось! Я наконец-то занята любимым делом, тем, что приносит радость и удовлетворение, я могу помогать нуждающимся во мне!

Свейлон еще пару раз присылал записки с мягкими просьбами прийти во дворец. Ту комнату закрепили за мной, что вызывало неприкрытое недовольство Эжении, можно подумать, мне это нравилось! Свейлон не делал попыток давить на меня, не пытался сблизиться, рассмотрел ближе колечко Тревора на пальце и все. Светлейшего интересовал его дар, он хотел научиться новому, но больше всего он жаждал получить крылья.

В обмен на занятия раз в неделю Свейлон пообещал предоставить наставника для меня. Занятий с Рошаром мне было мало, поэтому согласилась. Никакие знания об этом мире не могут быть лишними. Заниматься с наставником в лавке попросту негде, да и там все время много народу, поэтому я ходила на занятия в столичную академию. Мэтром для меня стал главный наставник академии – диари Селорей аль Оттани. Занятия для учащихся он давно уже не проводит, занимаясь организационной работой, но для меня сделал исключение.

С этим лотром оказалось невероятно интересно общаться. Изначально мы договаривались на пару часов в неделю в вечернее время, когда Димис и Аннис уже ложились спать. Этой причины я, конечно, не озвучивала, просто заявила, что мне так удобнее. Диари Селорей не возражал. Ему некуда было идти после работы, дома ждали только слуги. Дети выросли и живут отдельно, жена два года назад умерла.

Постепенно я стала задерживаться и вместо часа мы могли заниматься почти всю ночь. Диари аль Оттани подкупала моя любознательность, жажда новых знаний, а меня опыт наставника и та информация, которой он делился мягко, ненавязчиво, часто переплетая с историями из жизни. Наставник рассказал мне о недавней войне с Обортаном. Разумеется, историю пишут победители, и все могло быть не совсем так, однако пока мне придется принять эту версию.

Обортан – большое государство, с которым Аквадия всегда старалась сотрудничать. В Обортане долгое время находился аквадийский хэш, также как в Аурейе обортанский. Страны связывают тесные торговые отношения, жители обеих стран совершают визиты к соседям. И все это несмотря на то, что Обортан выделяется и всегда выделялся своей культурой, заметно отличающейся от норм и правил, привычных в Аквадии и соседних с ней странах. Обортан – единственная страна, где узаконено рабство. Даже после войны Обортан сохранил за собой право на суверенное развитие, отстоял многоженство и возможность владеть и распоряжаться разумными существами – людьми. Несмотря на то, что формально Аквадия одержала верх, мирный договор был подписан на не самых выгодных дня нашей страны условиях. Вейренар, ради которого и ввязалась в конфликт Аквадия, остался в собственных границах, все пленные вернулись по домам, кроме тех женщин, кто этого не пожелал. А женщин из Вейренара воровали в первую очередь. Многих насильно принудили выйти замуж за обортанцев, у кого-то за годы войны успели появиться дети. И вот как раз детей обортанцы отдавать не согласны были ни за что. Именно матери этих детей приняли решение остаться в пустошах.

Обортан часто начинал войны на континенте, это, к несчастью, не первая. Изначально воинственный сосед был поменьше, но лет пятьдесят назад Обортан поглотил сразу две небольшие страны, получив выход к морю. Аквадия тогда была занята собственным развитием и никак не отреагировала на эти события. Позже, около тридцати лет назад, Обортан снова начал войну. На этот раз жертвой стала маленькая Мизиара, соседняя страна, не сумевшая дать отпор. Тогда вмешался Парисаш. В итоге Мизиара распалась, часть ее отошла Обортану, другая – Парисашу. Жители Мизиары, те, кто смог, вынуждены были покинуть свои дома, переехать в Аквадию, в Вейренар.