— Проблемы? — прищурился моряк.

— Да, — жалобно вздохнул Денис, кося под сироту казанскую.

— Грат с тобой! — после недолгой, но жаркой борьбы врожденного человеколюбия с благоприобретенной трудовой и исполнительской дисциплиной, принял решение вахтенный. — Спрячься, пока капитан не пришел! — разрешил он.

Дважды повторять старшему помощнику было не надо, он белкой взлетел по трапу и притаился за фальшбортом таким образом, чтобы видеть и слышать все, что будет происходить. Долго ждать дальнейшего развития хода событий не пришлось, минут через пять к трапу подошла большая группа цугов — двенадцать молодых и один средних лет — судя по властному выражению лица, старшой.

"Чертова дюжина… — расстроился внутренний голос. — Не к добру это!"

"Давай без суеверий! — резко оборвал его Денис. — Знаешь, что бывает за распространение панических слухов в военное время?!"

"Представляю…" — неохотно буркнул голос.

"Вот и помалкивай, если позитива нет!" — окончательно приструнил его старший помощник.

А командир патруля, между тем, бросил быстрый взгляд на красный флаг с золотым соколом, гордо развевающемся на грот-мачте, недовольно поджал губы и обратился к вахтенному вежливо, но твердо:

— Спецоперация Школы Духа. Мы должны осмотреть корабль.

— Кому должны? — деланно изумился вахтенный, округляя глаза. — Мне ничего не должны, — покачал он головой.

Старшой заиграл желваками. Даже находясь на приличном — метров десять, не менее, удалении от точки конфликта, Денис физически ощутил каких неимоверных усилий стоит цугу держать себя в руках и не двинуть наглому матросу по сопатке, разрубив таким образом гордиев узел. Однако, что-то удерживало, как командира отряда, так и его подчиненных, столпившихся у него за спиной, от применения силы.

"Боятся наглеть!" — озвучил свое виденье ситуации внутренний голос.

"И это странно…" — отозвался старший помощник.

"Их блядская Школа под боком, казалось бы могут делать, что хотят! — продолжил свой анализ международной обстановки голос. — Но, не делают!"

"И это странно! — повторил Денис. — Но, надо быть готовым ко всему…" — вздохнул он.

Если цуги все-таки прорвутся на корабль с целью провести обыск, то придется до последнего прятаться, а когда и если обнаружат, то прыгать на пирс и делать ноги, чтобы не арестовали, или не прибили. Последнего и предпоследнего очень бы не хотелось, но от судьбы не уйдешь, поэтому и переживать нечего — будут бить, будем плакать, а заранее — нет. Все эти мысли вихрем пронеслись в голове старшего помощника, нисколько не мешая ему отслеживать обстановку возле трапа.

Старшой сделал глубокий вздох, задержал дыхание на какое-то время и медленно выдохнул. После завершения стандартной процедуры, предназначенной для успокоения расшалившихся нервов, он резко приказал:

— Немедленно вызови капитана, раташ!

"Что еще за раташ?" — живо заинтересовался Денис, обладавший пытливым умом естествоиспытателя, живо реагирующим на все новое и неизвестное.

"Ругательство какое-то…" — предположил внутренний голос.

"Понятно, что ругательство, — снисходительно хмыкнул старший помощник. — Непонятно какое именно! Что означает в переводе на человеческий?!"

"Хэ Зэ".

Командир патруля пытался воздействовать на вахтенного не только вербально, но и невербально — его лицо приняло такое яростное и пугающее выражение, что восемь человек из десяти, а даже не исключено, что девяносто восемь из ста, на которых была бы направлена эта ярость, немедленно обделались со страху. А кто же эти двое героев, которые не попали в эту малоприятную и дурнопахнущую выборку, спросите вы? Ответ лежит на поверхности. Двое смельчаков, которые отнеслись к этой вспышке ярости цуга индифферентно, были Денис и вахтенный матрос.

— Капитана на борту нет, — презрительно, через губу процедил вахтенный и повернулся к цугу вполоборота, показывая, что разговор окончен.

"Нарывается…" — пробормотал внутренний голос.

"Причем, конкретно…" — согласился с ним старший помощник.

— Тогда, дежурного офицера! — тоном не терпящим возражений распорядился старшой.

— Зачем? — пожал плечами матрос. — Капитан приказал до его возвращения никого на борт не пускать, — он сделал паузу. — И я никого не пропущу! — неожиданно рявкнул вахтенный с выражением лица не менее яростным, чем до этого у цуга.

— А у меня на руках письменный приказ Архиприора Школы Духа сияющего отца Вэй-Жунь-Май-Тея и мы по-любому зайдем на корабль, — отчеканил старшой.

— Посмотрим! — презрительно хмыкнул моряк. — Похоже цуги забыли, как наши маги сожгли вашу гнилую школу, так Балтан-Шах напомнит!

"Он самоубийца!" — вынес свой вердикт внутренний голос.

"Ничего не понимаю!" — Денис был менее категоричен, но тоже был в недоумении.

Цуги, столпившиеся у трапа и их командир, окаменели от гнева. Казалось, что в следующее мгновение они порубают вахтенного в навский шюрк, но время шло, а ничего не происходило. Ситуация на пирсе напоминала ту, когда собачья стая загоняет в угол помоечного кота — собаки рычат, скалятся, наступают на выгнувшего спину и яростно шипящего кота, но броситься боятся — чувствуют, что кот будет сражаться не на жизнь, а на смерть — отступать ему некуда, за ним Москва, ну, или Сталинград, и сожрать его будет ох, как нелегко и на Поля Вечной Охоты кот отправится не один, а прихватит кое-кого из стаи. И быть этим "кое-кем" никто из псов не хочет.