В людях бывший боевой маг… впрочем, бывших боевых магов не бывает, так что скажем так — в людях хозяин магазина, он же боевой маг, разбирался хорошо и парнишка чем-то ему понравился. Видимо, напомнил себя в молодости — внешне ангелочек ангелочком, а при надобности так вмажет, что мало не покажется — было в посетителе магазина что-то эдакое…

— Хочешь что-нибудь купить, или продать? — благожелательно полюбопытствовал ювелир.

— Нет, — покачал головой Денис, выкладывая на прилавок монету, заранее извлеченную из перстня У-Вея. — Хочу обменять золотой на серебро.

"Огромные деньги для парня, — подумал маг. — А воспользоваться нельзя. Покажешь — отнимут, а могут и убить. Но голова работает — сообразил, что тигры зайцев не ловят, поэтому и пришел ко мне, а не к менялам. Ладно, разменяю его золотой — пусть поживет богато, — усмехнулся про себя ювелир для которого один золотой не был богатством ни в коем случае, но маг помнил те далекие времена, когда был. — Молодость быстро проходит… — хозяин магазина даже незаметно вздохнул, — пусть порадуется. А теперь вроде все есть: деньги, дом, положение в обществе, жена красавица, дети замечательные, а того веселья, что в молодости, когда не было ни кола ни двора, нет…"

— Цена обмена пять ногтей. Устраивает? — ювелир знал сколько берут за такую операцию рыночные менялы, потому что иногда пользовался их услугами, когда требовалась "мелочь", поэтому и озвучил такую цифру.

— Устраивает, — кивнул старший помощник. Получив четыре щита и пятнадцать ногтей, Денис не зная что сказать, молча двинулся на выход и лишь у двери повернулся к хозяину магазина: — Спасибо! — искренне поблагодарил он ювелира.

— Обращайся, — усмехнулся маг.

Последний раз старший помощник принимал пищу — если выражаться по-простому, или же кушал — если по-научному, когда посетил камбуз "Рыси" — то есть чуть менее суток назад. Различные обстоятельства непреодолимой силы, которые требовали его непременного в них участия не позволяли Денису ни на секунду отвлечься, чтобы перекусить и вот теперь он не просто хотел есть, а если называть вещи своими именами — хотел жрать, как оголодавший за зиму медведь, вышедший из спячки.

Немудрено, что аромат жаренного мяса достигший органов обоняния старшего помощника, подействовал на него, как тепловой след самолетного двигателя на головку самонаведения зенитной ракеты — и тот и другая пошли по следу. И если ракету след привел к самолету, то Дениса к харчевне "Тунец и барашек". Название заведения прозрачно намекало, что гостей ждут не только разнообразные морепродукты, но и мясные деликатесы.

А чтобы не потерять малограмотных и просто неграмотных клиентов, которые не могли прочесть название, над входом в харчевню висело стилизованное изображение, долженствующее по замыслу создателей шедевра прикладного искусства изображать вышеупомянутых тунца и барашка.

Видимо скульптор, или кузнец, или резчик по жести, или какой другой специалист, который создал шедевр, был в душе абстракционистом, потому что шедевр никоим образом ни тунца, ни барашка не напоминал. Старший помощник, к примеру, видел страшную ушастую рожу. Что видели другие посетители было неизвестно, правда нельзя было исключать, что кто-то действительно видел тунца и барашка — в жизни всякое случается. Картинку в голове формирует мозг, а как он интерпретирует входящий видеосигнал — дело темное, поэтому полностью исключать подобный выверт сознания было бы неправильно.

6 Глава

— Молодое мясо, — проворчал Рыжий Пес, бросив короткий взгляд на симпатичного юношу, устроившегося в дальнем углу обеденного зала. — Не меньше полста монет, а то и поболе дадут.

— Если клюшка слаба на передок, да еще и при деньгах — может и сто пятьдесят отвалить, — хмыкнул Седой.

— Вот только, где этих старух искать? — поморщился Рыжий Пес.

— То-то и оно… — протянул Седой.

— Будем брать? — оторвался от огромной кружки с пивом Жонглер, вопросительно взглянув на главаря.

— Посмотрим, может он не один… — после короткой паузы вынес вердикт Седой. — Если никого за парнем нет — возьмем.

Троица закадычных друзей — временно безработных наемников, не чуралась никакой работы. Если можно срубить по-легкому немного бабла, продав работорговцам молодого парня, то почему не срубить? Риска никакого, если он, конечно же, один, а на пятьдесят золотых можно шикарно прожить одну десятидневку в самом шикарном борделе, а неплохо — пять, или даже шесть в заведении рангом пониже. Так что игра стоила свеч. Конечно, сто пятьдесят лучше, чем пятьдесят, но никаких контактов с богатыми пожилыми матронами у друзей не было, поэтому придется сдать добычу оптовикам невольничьего рынка.

*****

Сначала старший помощник подробно расспросил подавальщицу — толстую неопрятную бабу неопределенного возраста, обо всех изысках и нюансах высокой кухни "Тунца и барашка" и только после этого сделал заказ. Денис не знал, когда представится возможность поесть в следующий раз и какая будет еда — может какая-нибудь вареная полба, которую так любил поповский работник Балда, но не факт, что она понравится старшему помощнику, поэтому он решил оттянуться напоследок со всей широтой русской души. Имеется в виду номенклатура заказанных блюд, а не "Гуляют все и я требую продолжения банкета!"