– Они прикоснулись к тайне тайн, и запретные двери открылись перед ними.

– Неосторожные, они вошли...

То, что видела Нина, не имело аналогий с человеческим опытом, и даже приблизительные образы не могли передать сути происходящего. Все было зыбко, все плыло, все менялось на глазах - живые воплощения бреда, то ли существа, то ли тени существ, полуматериальные, распадаясь на подобия окружающих предметов, сливаясь в плотные смерчи голубого горения, проносились на фоне текучих сюрреалистических пейзажей. Невозможно было понять, что они делали,- их танец имел какую-то непостижимую цель.

А песня тосковала, переливаясь в слова:

– Они искали идеального приспособления - и все дальше уходили в лабиринты Изменчивости.

– Они все быстрее изменяли себя - все ближе и ближе подходили к границам Бесформия, за которыми огонь и хаос.

– Как вечное напоминание, как гигантский белый обелиск, с тех пор вздымаются к небу вечные льды, похоронившие Антарктиду.

– Уже давно высохли живые каналы Марса, а ненасытные ладии, высосав весь кислород атмосферы, превратились в мертвый красный песок.

– Забылась, потерялась во мраке времени судьба Огненных Пионеров Венеры, и только плотные линии углекислоты в спектре свидетельствуют о древней трагедии.

– Они не могли, не хотели остановиться, хотя догадывались, что час близок.

– Играя с огнем, они надеялись победить природу.

– Они забыли зачем пришли - они боролись ради борьбы.

– И свершилось...

Земля летела по орбите, медленно поворачиваясь к солнцу красновато-зеленой выпуклостью гигантского праматерика. Дымчато-желтые облака плыли над ним, скручиваясь кое-где в замысловатые спирали циклонов.

И вдруг в центре материка появилась слепящая белая точка. Она росла, и скоро засверкала ярче солнца.

Материк лопнул, как лопается кожура перезревшего плода, и мугное зарево раскаленных недр осветило трещины.

Исчезло все - контуры суши, просинь дрогнувшего океана - пар, дым и пепел превратили планету в раздувшийся грязно-белый шар, который, как живое существо, затрепетал, пытаясь сохранить старую орбиту.

Раненой Земле удалось сохранить равновесие, хотя катастрофа изменила ось вращения - воронки у полюсов заметно сместились.

Казалось, ничему живому не дано уцелеть в этом аду, в этом месиве огня и мрака, в этих наползающих тучах, среди медлительно неотвратимых ручьев лавы и рушащихся гор...

– И тогда явилась та, которой суждено было явиться, и имя ей было Дэла.

– Из пены волн явилась она и позвала всех, кто остался.

– И когда все, кто остался, собрались в одно место, она .сказала им слово Истины.

– Позади смерть, впереди море,- сказала она.- Выбирайте!

– Никто не хотел умирать, а все хотели жить, и поэтому выбрали море.

– Праматерь живого примет вас, - сказала Дэла, - и пусть идут века.

– Пусть идут века, и пусть покой придет в ваши души, и будет Четвертый Круг - круг Благоразумия.

– Пусть покои придет в ваши души и сотрет память о Третьем Круге, и только шестеро бессмертных будут помнить все.

– За голубой дверью запрета пусть спят до времени страшные силы и тайны, которые открылись слишком рано.

– Ибо нет большей ошибки, чем применить знание, которое на созрело, и освободить силы, которые не познаны до конца.

– И нет безумней Разума, возомнившим себя единственно правым в оценке добра и зла.

– Ибо Равновесие - суть всего живого, и жизнь - охранительница Равновесия Мира.

– И когда вы будете здоровы телом и духом, и сильны дети ваши, и беззаботны дети детей ваших - тогда начнется Пятый Круг, круг Поиска.

– На суше и в воздухе, в глубинах и лагунах вы будете искать то, что осталось от единого разума Ноа.

– Чтобы соединить вновь разрозненное в единое, разбитое в монолитное, и это будет Шестой Круг - Круг Соединенного Разума.

– А до той поры пусть нерушимо будет Слово Запрета, и шесть хранителей Шести Лучей пусть будут бессмертны в поколениях, чтобы передать Соединенному Разуму знание Третьего Круга, и зло превратится в добро.

– И будет вам имя - дэлоны.

9. ВЕЧНЫЙ СОВЕТ

Нина устала, очень устала. Она потеряла чувство времени и удивилась, взглянув на часы,-там, в мире людей, уже занималось утро.

Она совершенно автоматически выключила "видеомаг" и продолжала сидеть на мраморном троне, не ощущая затекших ног и спины. Она никак не могла сообразить, что надо делать дальше-словно тяжелое похмелье сковало мозг, наполненный сверхмеры необычным. Она почти физически ощущала эту переполненность и боялась пошевелиться, расплескать драгоценную тяжесть.