– Нет! Категорически нет! Это кровавая провокация, а не вариант! Должен быть какой-то другой выход! – замотала головой Кристал, ставя жирный крест на этой идее.

Шаттл тем временем прибыл на крышу Сида-Тауэра и уже битый час стоял там, ожидая пока пассажиры наговорятся и выгрузятся с него. Однако никто из 3-х присутствующих не хотел покидать его на минорной ноте, желая нащупать то самое идеальное решение, чтобы довести неплохо продуманный и просчитанный план до ума.

«Чтобы я не выбрала, какой путь не предпочла, все будет хорошо, потому что у меня есть Пророчество Времени».

Кристал улыбнулась. Ее эта внезапная улыбка привлекла внимание напряженно думающих помощников. Они вопросительно уставились на нее в ожидании пояснений. Кристал же просто сказала:

– Все будет хорошо! У меня есть идея! … Весь наш план остается в силе! … Я стану планетатором Марса, а ты, Айзек, мне в этом медийно поможешь.

Недоверчивые взгляды и ухмылки «коллег» дали ей понять, что никто на эту «дешевую эмоцию» с ее стороны не купился. «Ну и ладно! Сами все увидите, когда придет время! Когда исполнится Пророчество Времени!».

Инцидент на базе

Появление сразу дюжины больших 8-колесных грузовых машин с голографическими баннерами администрации Марса с открытыми платформами, заполненными крупными контейнерами, на пути к базе со стороны Сидауена засек сенсор на башне. Полу Тоггеру пришлось оставить дела насущные и заняться этой неожиданной проблемой. Это была прямо-таки вопиющая наглость со стороны марсианской администрации. Он тут же послал запрос Гельмуту разъяснить происходящее, но в ответ получил лишь тишину в нейро-эфире.

«Что за ерунда!? Играть со мной вздумали!?»

Пол, не долго думая, собрал в голове отчет о происшествии начальству на Би-Проксиму и попытался послать, но не тут то было. ИИ модуля связи базы «обрадовал» его техническими работами на орбитальном ГЛТ-спутнике. Пол вспомнил про договоренности с Гельмутом тогда у космопорта год назад, и ему как-то сразу полегчало. Показалось, что это такая же «история», где ему нужно лишь немного «пошалить» и подсократить численность «гостей» с Земли. Однако на ум внезапно пришло то, что управленческая администрация Марса уже некоторое время находилась в опале к Би-Проксиме. Вдобавок ко всему тут на красной планете давно обосновался и присутствовал усиленный контингент Патруля, который носом рыл землю под ним. Это все в совокупности удерживало от легкого решения. «Умные» камеры и сенсоры внезапно выхватили маркировки «ГЛТК» у привезенных под стены контейнеров.

«Вот уроды!»

На память ему некстати пришло то самое распоряжение от Би-Проксимы выдворить хронографов с их дронами за пределы базы и не дозволять им проводить, по сути, разведку под видом репортажа. Тогда он сделал это с радостью, не желая участвовать в глупости под название «открытость и прозрачность», которую затеяли в марсианском правительстве. Решив для себя, что это несомненно какая-то «подковерная» месть ему со стороны ГЛТК, он тут же попытался связаться с ИИ или кем-то, кто управлял большими 8-колесными машинами, ловко раскидывающими крупные контейнеры со следами вмятин и ржавчины по равнине непосредственно у стен базы. В ответ же прилетела целая красочная резолюция от властей Марса на размещение нескольких сот беженцев прямо тут между городом и его «располагой». Пол, не долго думая, вступил в словесную перепалку с ИИ, требуя немедленно убрать контейнеры и убраться восвояси. Поняв всю абсурдность и немного успокоившись он передал дело в «руки» своего ИИ, чтобы тот нашел способ урегулировать, а сам переключился на администрацию. Время шло, но снаружи ситуация и не думала меняться. Никто из администрации не отвечал, а его все время перенаправляли на ИИ, который упрямо ссылался все на ту же резолюцию.

Добили его окончательно еще одни большие грузо-пассажирские машины, которые появились в лучах заходящего солнца и привезли переселенцев. Не в силах повлиять ни на что Пол начал понемногу выходить из себя. Связь с ГЛТ-спутником все еще отсутствовала, а время уже клонилось к ночи. У него зачесались руки сделать хоть что-то, но он не мог решиться. Юридически ему была подчинена только территория самой базы, все вокруг принадлежало и управлялось администрацией планеты. Он снова попытался выйти на контакт с Гельмутом, и тот наконец соблаговолил принять вызов.

– Гель, что за дела!? Вы там у себя в башне не перегрелись!? … Убирай своих аборигенов из-под моих стен или я сам уберу!

– Для начала успокойся и выдохни, Пол. Никуда никого я убирать не буду, и ты тоже не посмеешь. Эти беженцы – те самые, которых развернул Ганимед. Так что все вопросы к ним или к Би-Проксиме. Конец связи.

Пол еще с минуту стоял с тишиной в нейро-эфире, совсем плохо понимая, что ему делать. Беженцы какой-то неуправляемой толпой осваивали жизненное пространство, выгребая пищевые брикеты и влаго-таблетки из установленного прямо в центре широкого и низкого 3х3х1-метрового контейнера. ИИ опять «порадовал» его невозможностью связаться с Би-Проксимой по причине тех-проблем на ГЛТ-спутнике.

«Чего я туплю!? Они ж мне по любому прикажут сделать то же самое!»

Пол выругался на всю эту ситуацию, но еще больше на самого себя, что не среагировал с начала, пока тут были лишь контейнеры. Теперь же бескровно разогнать лагерь и освободить пространство вокруг базы минимум на километр, согласно форме и протоколу, у него шансов не было. Да и ситуация в целом изменилась. Теперь на Марсе были Патрули не в виде эмбрионального центра, но со своим полноценным вооруженным представительством. Да и ГЛТК так же разросся и раскинул свои медиа-сети по всей планете. Применить «райнбуредо» без одобрения администрации или прямого приказа с Би-Проксимы он уже не мог. И, все-таки, Пол решился. Был у него «козырь в рукаве» на бескровное решение проблемы. Эту карту он и решил сыграть.