Застолье продолжалось.

Мэтью заплатил за еду, и вскоре они отправились на поиски магазина, который не закрылся на вечер.

***

Выглядел ли когда-либо корабль, пришвартованный в гавани, так красиво?

Для троицы, бросившей лакированную карету Скарамангов и зашагавшей к причалу с пакетами в руках, красота корабля не представляла никаких сомнений. По правде говоря, Мэтью был готов даже спать в неудобном гамаке под палубой, хоть и боялся, что в этой обстановке оживут его кошмары.

Он долго не мог уснуть даже при свете лампы, хотя Хадсон и находился рядом, как миротворец, нашедший собственный покой. В сознании Мэтью рождались тревожные образы существ, которых невозможно было ни вообразить, ни описать. Они бурлили в темном стекле, как отвратительные ингредиенты нечестивого варева. Проснувшись в поту, Мэтью обнаружил себя в объятиях «Эстреллы» и с огромной благодарностью подумал: «Я в безопасности. Я выжил».

Его следующая мысль утешила его еще больше.

Завтра утром, когда этот корабль покинет гавань, каждая морская миля будет приближать меня к Альгеро. А после Альгеро я вернусь… к Берри.

С каждой минутой она была все ближе.

Перед тем, как утонуть в мире Морфея, ему пришла последняя мысль: Sia fortunato.

Будь удачлив.

Он очень этого хотел.

Мэтью спал под тихие звуки корабля, стоящего в гавани, и теперь ему снилась только его будущая невеста и радость пересечения Атлантики от Англии до порта Нью-Йорка.

С каждой морской милей он будет приближаться к жизни, о которой мечтал.

***

Через десять дней и менее чем полторы морские мили после того, как «Эстрелла» отчалила из Венеции, в гавани Альгеро зазвонил колокол, возвещая о приближении судна.

Стоял ясный солнечный день под жарким голубым небом. На грот-мачте развевались испанские флаги. На палубе Мэтью, Хадсон и Камилла стояли и наблюдали за швартовкой, которая должна была завершиться, как только лоцманы на веселых лодках отбуксируют «Эстреллу» к причалу.

Мэтью не удосужился побриться во время путешествия, но заметил, что Хадсон пользуется бритвой каждое утро и следит за своей чистотой. Он подолгу гулял по палубе вместе с Камиллой и то обнимал ее, то держал за руку. Было ясно, что Хадсон очарован ею, а она — им. Это было ясно не только по их взглядам, но и по тому, что Хадсон уже несколько ночей спал не в своем гамаке, а в каюте Камиллы.

В этом есть свои плюсы, — подумал Мэтью, наблюдая за стоящими близко друг к другу влюбленными. Камилла вернула Хадсона с того света. А Хадсон избавил Камиллу от ее мук, потому что с ним она улыбалась и смеялась. Он заставил эти потрясающие зеленые глаза искриться. Удивительно было наблюдать, как эти два человека, еще недавно испытывавшие такие страдания, теперь находят друг в друге облегчение и радость.

«Эстреллу» отбуксировали и закрепили канаты. Мэтью увидел, как у причала стоит личная красная карета Сантьяго с изысканной позолоченной отделкой, запряженная парой прекрасных белых лошадей. Должно быть, губернатор заметил корабль в подзорную трубу.

Анри дель Коста Сантьяго стоял у кареты, одетый в синий сюртук, подпоясанный красным поясом. На груди красовалось множество медалей. Его черные кудри до плеч были увенчаны огромной красной треуголкой, украшенной красно-желтой кокардой. Сантьяго, казалось, терпеливо ждал, пока спустят трап, хотя стоял, уперев руки в боки и быстро постукивал носком сапога по земле.

Капитан «Эстреллы» первым ступил на трап, поклонился Сантьяго, сказал несколько слов и вернулся на корабль, чтобы выполнить свои капитанские обязанности. Следующим по трапу спустился Мэтью, за ним Хадсон и следом Камилла.

— Я благодарю звезды за то, что вы благополучно вернулись! — воскликнул Сантьяго, когда все трое оказались на земле Альгеро. — Но… где остальные? Андрадо и его люди?

— Мертвы, — ответил Хадсон. — Профессор и Блэк тоже. — Он указал на свою перебинтованную руку. — Я тоже чуть не поплатился жизнью. Вы же понимали, что мы отправляемся в зону боевых действий?

— Само собой, но… Что ж, вы расскажете мне подробности позже. Сейчас мне не терпится узнать, есть ли на борту корабля тот предмет, который мы так сильно ожидали увидеть?

— Его нет, — ответил Мэтью. — Мы не смогли его найти. Ни его, ни Валериани.

У Сантьяго отвисла челюсть.

— Что? То есть… все расходы коту под хвост? Я думал, ты знаешь, где его искать.

— Так и было. Но Валериани не был работником виноградника, как я ожидал. Похоже, я ошибся насчет всего этого.

— Вы, англичане! — усмехнулся Сантьяго. — Хвастуны и самозванцы! Сеньорита Эспазиель, объяснитесь!

— Мэтью говорит правду. Мы искали, но не нашли. Как по мне, если это зеркало, вообще, существует, то все истории о нем — выдумка. Мы не нашли никаких свидетельство того, что кто-то в регионе, который мы обыскивали, знал этого человека или когда-либо слышал о зеркале. Это была просто… погоня за духами, как сказали бы англичане.