– Отлично себя чувствую, - прислушалась она к себе.
– Я бы даже сказала выспавшийся, несмотря на непрерывный поток информации, - задумчиво посмотрела она на мать.
– Я что теперь могу управлять кораблем?
– удивленно спросила она.

– Да, милая, тебе установили нейросеть и загрузили стандартные военные базы, в том числе и пилота.

– Странно, я помню всю передачу этой информации, а вот то, что ты передавала мне, я не помню совершенно.

– Не переживай, она у тебя на подсознательном уровне. Стоит тебе оказаться только в тренировочном зале, и ты сразу же все вспомнишь. Ну пойдем, милая, домой. Позавтракаешь и сразу же на тренировку раз ты полна сил, - помогла она дочери сесть и протянула ей комбинезон.

Дэсми быстро оделась, поправила локоны волос и, спрыгнув со столешницы медкапсулы, направилась за матерью, ощущая сосущий голод. На выходе из залы лаборатории их встретил улыбающийся Крэсби.

– Если у Дэсми появится немного свободного времени на благо нашего народа, я от всего ученого круга буду вам очень благодарен, - решил надавить на чувство ответственности ученый.

– Уважаемый Крэсби, у нас с вами вся жизнь впереди, - не поддалась на его манипуляцию мать, для которой безопасность ребенка на первом месте.

– Если будет свободное время, я обязательно к вам зайду, - пообещала Дэсми.
– Спасибо вам большое за все, что вы для нас сделали, - от чего ученый залучился довольством.

Странное дело, но после усвоенного материала она чувствовала себя уверенной, сильной, способной постоять за себя. Одним словом, она чувствовала себя взрослой, ушли смущение, застенчивость и пугливость. Видать она перешагнула черту взросления вместе со своей второй сущностью. С этими мыслями она покинула вотчину ученых вместе с довольной матерью, которая была рада, что ее ребенок теперь сможет постоять за себя и выжить, даже если останется одна.

Глава 8.

Возле дверей квартиры их ожидал Самэн с двумя букетами нежно-розовых цветов, сорванных с клумб запустевших садов дэморансов, которые он тут же вручил им одновременно, здороваясь с ними. За эти десять дней он понял одно, что без Дэмиры даже свет тусклым кажется. Поэтому, как всегда, не отличаясь особым терпением, он решил больше не ждать и сделать важный шаг в своей судьбе.

– Как ты узнал, что мы возвращаемся?
– полюбопытствовала Дэмира, с улыбкой принимая цветы.

– Есть у меня связи в ученых кругах, - подмигнул он ей.

– Ну проходи. Завтракать с нами будешь?
– сделала она приглашающий жест в сторону открывшихся дверей.

– Я только на это и надеялся, - хохотнул он, проходя в квартиру и направляясь сразу на кухню.

Дэсми пошла в свою комнату переодеваться, прекрасно понимая, что этим двоим есть, о чем поговорить. Под всей привычной бравадой Самэна она чувствовала его волнение. Ну и конечно же понятно, что цветы предназначались ее матери, а ей так сказать срикошетило за компанию.

Сидя на табуретке маленькой кухни, Самэн казался просто огромным. Подхватив за руку Дэмиру ,он притянул ее к себе и, смотря влюбленными глазами на нее, волнуясь, произнес.

– Дэми, мне мало быть тебе просто другом. Я...
– закончить он не успел ее ладошка прикоснулась к его губам, закрывая ему рот. Ее тут же прижали плотнее к губам, целуя.

– Самэн, не нужно... Я еще не готова отпустить свое прошлое, - высвободив свою ладонь, она отошла в сторону.

– Это все из-за моих ничего не значащих интрижек? Там была только физическая потребность, Дэми, - вскочил он с табурета, смотря с болью ей в глаза.

– Дело не в этом, я прекрасно понимаю твои потребности, тем более у тебя не было никаких обязательств передо мной. Самэн, - шагнула она к нему, смотря прямо в глаза с нежностью.
– Возможно, когда-нибудь я смогу ответить тебе взаимностью, но я не хочу давать тебе напрасных надежд. Ты очень дорог мне. Я меньше всего хочу доставлять тебе боль. Прошу тебя, живи дальше. Я пойму, если мы не будем какое-то время общаться с тобой, - погладила она его по щеке, словно желая стереть с его лица сердечные муки.

– Ты все еще его любишь?! Ты никогда не говорила, кто отец малышки. Но его нет рядом с вами. Его не волнует ваша судьба! Вы ему не нужны. А я рядом, - схватив ее за плечи, он легонько ее встряхнул.
– Я люблю тебя, Дэми! Я могу дать вам то, чего он не хочет вам давать, - Дэмира с болью в глазах отвернулась от него. Самый дорогой для нее друг ударил ее в больное место, которое кровоточило, не переставая, уже много циклов. Пламя ее любви все еще не хотело угасать, оно медленно тлело, не давая погаснуть его искре, принося глухую боль одиночества.