– Тебе не понять. – Анна наклонилась, поддела ногтями плинтус и отодвинула его. – Этот мир – ошибка, которой не должно было быть. Наша судьба – быть поглощёнными бездной, чтобы переродиться в ней. Мир возникнет вновь, но уже в ней, в совсем другом виде.

Она запустила руку в щель в плинтусе и достала узкий свёрток.

– Там не может ничего возникнуть, – возразил Януш. – Ты же видела, во что превращаются там люди. В бездне нет и не может быть жизни.

– Ошибаешься. Может. Просто это будет другая жизнь, для которых условия бездны будут такими же естественными, как для нас – воздух, вода и земля.

– Но зачем обрекать целые районы на смерть, зачем всё разрушать, если сама ты этого никогда не увидишь?

– Не увижу и даже осознать не смогу, как это будет выглядеть. – Анна поднялась с пола. – Вот в чём различие между нами. Я – идеалист, я верю в то, что перемены к лучшему возможны, просто для этого нужно уничтожить всё старое. Всё, что есть. Под корень. Иначе ничего хорошего не будет.

Оглянись вокруг! Тебе и правда нравится мир, в котором ты живёшь?

– Нет миров без проблем, – отрезал Януш. – Что именно тебя натолкнуло на такие мысли вообще? Твоя секта?

– В церкви мне помогли взглянуть на это иначе, да. Но ведь вопросы ко всему вокруг назревают и без неё. Тебя разве всё устраивает?

– Говорю же, проблемы есть. Но какие именно проблемы ты решишь? Что стоит уничтожения мира?

– Да что угодно. Войны, терроризм, вырождение человечества…

– Ты шутишь, да?

– Ничуть.

– Ты хочешь, чтобы мир идеальным? И поэтому нужно его уничтожить?

– Я хочу изменить человека. Начни копаться в истории, искать ту эпоху и тот строй, где всё будет действительно справедливо, достойно – и придёшь к первобытному. Никогда не было общества, которое заботилось бы о каждом своём члене. Люди всегда были паразитами, жрущими друг друга отвратительными существами. Но разве могли быть иные условия в таком мире? В мире, где существовать можно, лишь сожрав другого?

– Не глупи. Нет такого мира, где одни бы не жрали других. В бездне светлячки жрут всех, кто окажется поблизости.

– Светлячки – простейшие существа бездны, они со временем эволюционируют. Но это сложные вопросы. Мне пора.

Она перехватила свёрток и направилась к двери.

– Что это у тебя? И куда ты?

– Это то, за чем я сюда приходила. А вот куда я – не могу сказать, уж прости. Но если ты так ценишь жизнь в этом мире, мой тебе совет – убирайся из города. Прямо сейчас.

Она открыла дверь, и Януш увидел за ней мужчину. Тот стоял, опираясь на стену, и курил.

– Наконец-то, – пробасил он, бросая окурок на пол.

– Кто это? – спросил Януш. – Эй! Куда ты?

Анна вышла, не ответив. Януш шагнул за ней, но неизвестный преградил ему путь.

– Отвали по-хорошему.

– Это ты отва…

Договорить он не смог – мужчина резко, без замаха, ударил его кулаком в живот. Дыхание у Януша резко перехватило, перед глазами поплыли круги, он согнулся пополам и едва не упал, но вовремя хватился за стену. Сквозь навернувшиеся слёзы он едва разглядел удаляющиеся силуэты мужчины и той, что ещё недавно была его невестой.

Вернувшись в квартиру, он вытащил из бумажника визитку.

На другой стороне дороги домов уже не было, когда машина инспектора остановилась рядом с Янушем. Лишь длинная гладкая серая стена тумана, бесконечно уходящая в обе стороны. В другое время Януш, наверное, испытал бы шок, но сейчас он ничего не чувствовал.

Инспектор же, напротив, был ошарашен и пялился на туман, не вставая изза руля, пока Януш не сел рядом.

– Йозеф! – Он впервые обратился к инспектору по имени. – Едем.

– Куда?

– В центральный парк.

Полицейский Ордо тронулся с места. Ехали медленно из-за машин, несущихся в том числе по встречной и по тротуарам, а также толпы людей с рюкзаками и чемоданами. Одной рукой инспектор взял рацию и запросил подмогу в Центральный Парк. Закончив, мельком глянул на Януша и спросил:

– Откуда вы знаете, что она там будет?

– Знаю. Сколько ещё открылось зон пенумбры?

– После больницы? Четыре. Не считая этой, – инспектор кивнул в сторону тумана, не отрывая глаз от дороги. – Теперь уже пять… Это где-то четверть города. Ликвидаторов на всех не хватает, работают только с самыми важными зонами.

– Боюсь, всё это нужно лишь для того, чтобы отвлечь ликвидаторов от основной зоны. Она поглотит весь город.

– Ещё раз: почему вы решили, что открывать будут там?

– Трудно объяснить. Она давно уже зациклена на этом месте, говорила о нём, как о важнейшем этапе жизни… Только теперь я понимаю, почему.

– Надеюсь, вы правы. Если нет, нас ждёт крупнейшая катастрофа за последние сто пятьдесят лет. Есть теория, что несколько зон, расположенных близко друг от друга, могут слиться в одно целое. Если это произойдёт, они поглотят все ближайшие территории.