— У нас нет ваших ресурсов, — только и мог ответить Таррант.

— Ладно уж… Я-то знаю, что вы сильно рисковали собственной шеей. Но выслушайте меня внимательно. Я хочу, чтобы она пока побыла здесь, а я бы выписал сюда лучших специалистов из Штатов, но она не соглашается ни в какую, и Гарвин ее поддерживает. Они хотят вылететь завтра… Гарвин утверждает, что обо всем сам позаботится, и отказывается от нашей помощи. Я не могу образумить его. Да и она говорит, что они всегда сами о себе заботятся, и обещает позвонить, когда придет в норму. Таррант, а вы не можете повлиять на них?

— Боюсь, что нет. Они очень самостоятельные.

— Гарвин ведет себя так, словно, кроме него, никто — никто! — не в состоянии обеспечить ей уход и помощь.

— Понимаю, Далл. Но ничего не попишешь. Они обожают все делать на свой манер.

— Не понимаю. И вообще, какие между ними отношения? Таррант рассмеялся, но Далл не нашел в этом повода для веселья. Он говорил как сбитый с толку человек, который редко попадает впросак.

— Это сложный вопрос. Но поймите меня правильно. Вилли Гарвин в данном случае отнюдь не принц-консорт. Просто Модести сейчас плохо… Когда вы получше узнаете эту парочку, вы все сами поймете. Или, по крайней мере, поймете кое-что, чего мне все равно сейчас вам не объяснить.

— У меня, похоже, не будет возможности еще раз с ними увидеться, — буркнул Далл.

— Она же сказала, что позвонит вам, когда поправится. И можете быть уверены, Вилли Гарвин тоже будет неподалеку. И тогда попросите ее позвонить мне тоже. А пока передайте ей мою безграничную признательность…

— Ладно. — Далл несколько поостыл. — Сделаю. Она еще просила меня передать привет вам и извинения человеку по фамилии Фрейзер.

Министр зашевелился за своим столом, возвращая Тарранта в настоящее. Таррант заметил, что Селби улыбается ему самым дружеским образом.

— Премьер-министр, несомненно, попросит от вас личного отчета касательно этого дела, — сказал Селби. — Полагаю, мы с вами сможем договориться о характере и содержании нашей бумаги…

Таррант поднялся на ноги. Все получилось, как он и предполагал. Селби совершил промах и теперь хочет, чтобы все осталось шито-крыто. Но Таррант жаждал крови.

Он вспомнил, как Далл говорит о ранах Модести. Он вспомнил, как отреагировал Селби на ее послание. Он вспомнил пробелы в истории ее борьбы. Пробелы, которые приводили его в смятение.

Вспоминая все это, он посмотрел на его превосходительство Роджера Селби.

— Смею вас заверить, господин министр, мой отчет будет точным и подробным, — сказал он.

Прошло почти семь недель после того, как Далл звонил Тарранту из Стамбула. Теперь Таррант выходил из зала прилета танжерского аэропорта. Его ждал Вилли Гарвин и «мерседес».

— Далл тоже здесь, Вилли? — спросил Таррант, когда машина плавно тронулась с места.

— Прилетел сегодня утром из Штатов, сэр Джи. Модести надеется, что вы сможете погостить у нас несколько дней. Места хватит всем…

— А как Люсиль? — осторожно спросил Таррант.

— Видите ли, — Вилли пожал плечами, — получилось так, что, когда все осталось позади, она не пришла в восторг от нас с Модести. Я попросил Далла помочь, и он устроил для нее медицинский консилиум еще там, в Стамбуле. Психиатры вынесли вердикт: мы плохо сочетаемся друг с другом. — Вилли сокрушенно почесал в затылке. — В общем, он забрал ее в Штаты и нашел семью, которая взяла ее к себе…

— Вы не возражали?

— Нет. Так лучше. Мы с Принцессой для нее теперь пустое место. Может, так оно всегда и было. Таррант кивнул.

— А что Модести? — спросил он.

— Порядок. Выглядит на миллион долларов.

— Насколько я понимаю, ей пришлось несладко.

— Да, дельце получилось крутое. — Вилли говорил без обиды или сожаления. Просто давал профессиональную оценку. — Вообще-то у нас простых дел почти не бывает, но тут пришлось жонглировать с завязанными глазами и без помощи рук. Мы никак не могли перехватить инициативу, пока не поняли, что Люсиль у них там, во дворце.

— Но до этого вы ухитрились послать нам сообщение?

— Да, — совершенно спокойно отозвался Вилли. — Это нам удалось обстряпать.

— Недавно мы допрашивали человека на фамилии Картер, — сказал Таррант. — Он был из числа тех, кого забрали из дворца и депортировали после того, как вы погубили их операцию. Теперь я знаю, как Модести сражалась с Близнецами. И я знаю, что случилось с ней потом.

Вилли Гарвин свернул на обочину и притормозил, затем выключил мотор и обернулся к Тарранту.

— — Ну и что? — сказал он, слегка приподнимая брови. — Что вы хотите этим сказать?