Ирма тоже округлила глаза, перевела взгляд с Есении на мать.

— Ветерана великой отечественной войны — пояснила Есения.

— Ну, а что? Это вариант. У них пенсия большая — пошутила Регина.

Мать обиженно поджала губы.

— Хватит болтать всякую ерунду.

— Мы просто шутим, мама. Но мысль хорошая. Давай, я куплю тебе путевку. А пока ты отдыхаешь, мы сделаем в твоей комнате ремонт.

— Нет у нас денег на ремонты всякие, и так нормально — пробурчала мать.

— Да какие там деньги. Обои купим, а поклеим сами. А, девчонки?

— Я не могу. У меня муж. Своих дел полно — сразу отказалась Есения.

— А я только «за»! Мам, обновить надо интерьерчик. Глядишь, и жизнь наладится — поддержала идею Регины Глория..

— Не знаю… не хочется.

Мать втайне надеялась, что муж вернется, и менять в квартире ничего не хотела…

Закончился грустный праздник сорока пятилетия. Есения укатила на такси домой, Ирма нацепила наушники и ушла в свою комнату. Регина задержалась, чтобы помочь матери и Глории с посудой и уборкой.

— Так что, мама, насчет ремонта? — спросила она.

— Делайте, так и быть… Но в санаторий не поеду. Здесь останусь, с вами буду обои клеить. А то наделаете мне чего попало, а мне переделывать потом — пробурчала мать — не люблю сюрпризов.

— Ну хорошо, никаких сюрпризов. Сделаем, как тебе нравится — согласилась Регина.

На том и сговорились.

— Оставайся ночевать у нас, а я тебе что-то интересное расскажу — обратилась к сестре Глория.

— Заинтриговала. Ладно, останусь — согласилась Регина.

С близкой по возрасту Есенией они близки не были, вторая дочь постоянно завидовала старшей сестре и строила младших, при этом всячески уклонялась от домашних дел. Глория моложе на пять лет, она всегда прислушивалась к советам Регины, с ней они, бывало, секретничали.

Сестры расположились в комнате Глории, нарядившись в пижамы. Как в детстве, когда все сестры, собравшись здесь, рассказывали друг другу сказки и страшные истории.

— Ну, рассказывай своё интересное — приготовилась к прослушиванию Регина.

Глория мечтательно намотала на палец прядь кудрявых волос и начала неторопливый рассказ, словно сказку говорила.

— Учится со мной в группе девица одна, ни о чёмная. Изольда Тараканова, дал же бог такое имечко и фамилия забавная. Изя Таракашка, так мы её зовем, ну, или моль белая.

Глория рассмеялась.

— Ну, это не бог, а родители так её назвали — усмехнулась Регина — и что, ваша Иза, чем она так интересна?

— А тем, что вдруг, эта с невзрачная тихушница расцвела. Такая красотка стала, все обалдели от её преобразования. Как подменили нашу Таракашу.

— Значит, влюбилась девица, что здесь удивительного? — хмыкнула Регина.

— Ясное дело, влюбилась, только вот в кого? Догадайся — хитро прищурила глаза Глория.

— Как я догадаюсь? Я вашу Изю знать не знаю. Наверно, в студента или в препода. Что ты мне загадки загадываешь? Рассказывай, если обещала интересное.

— А интересное в том, что приехал её встречать на дорогой машине… твой Руслан! И теперь она с ним встречается — сообщила Глория.

Регина удивилась, проговорила:

— Руслан давно уже не мой… Но неспроста это. Дело в том, что именно сегодня я встретила его. Он будет работать в нашей компании. А тут ты со своим рассказом про Изю. Совпадение? Или… судьба?

В голове возникла мысль, желтые глаза сверкнули недобрым пламенем. «Нет уж, я не отдам Руслана какой-то глупой девчонке Изе Таракановой»

— Кстати, почему вы тогда расстались? Все же хорошо было, ты замуж за него собиралась — напомнила о прошлом Глория.

— Просто разошлись наши пути… Но сейчас… Слушай, Лора, ты могла бы, типа, подружиться с этой вашей Изей? Но так, чтобы Руслану на глаза не показываться.

— Ты хочешь, чтобы я стала твоим шпионом? Выведала у «белой моли» что и как у нее с Русланом? — догадалась Глория — Что ты задумала?

— Я еще сама не знаю, что я задумала, но мне нужна информация о ней и их отношениях, насколько всё там серьезно… а дальше по ситуации. Ты мне поможешь, сестренка?

Глория сделала задумчивое лицо и произнесла:

— Ну-у… дружить с Изей — такое себе удовольствие, но, если нужно… А что мне за это будет?

— Проси, что хочешь.

Глория возвела глаза к потолку, прежде чем ответить.